Похожий троп с невидимым богатырем упоминает исследовательница Ким Санджу: некогда в деревне Коэголь в уезде Сончхон родился ужасный видом младенец, мать закопала его, а соседи, не слыша детский плач, решили, что этот ребенок — чангун, то есть генерал[41] . Важным являются обстоятельства, при которых данная история упоминается: о малыше рассказывает лидер одного из массовых крестьянских восстаний Хон Гённэ (1780–1812)! По словам Ким Санджу, эта история случилась в середине XVIII века и была чрезвычайно популярна в регионе, что и вдохновило заговорщиков использовать ее, чтобы объяснять всем и каждому: младенец-генерал и есть будущий Чон Чинин[42] .

Важным является и само название для подобного ребенка —чангун , «генерал». По-видимому, именно это слово скрывается в текстах Н. Г. Гарина-Михайловского под звучным «богатырь».Чангун — термин, который мы находим в шаманских практиках, где генерал — один из ключевых духов-защитников.

Например, выделяюттэ-чангун — «великий генерал». Такие генералы могут быть двух типов: «великий генерал Поднебесного» (чхонха тэ-чангун ) и «великий генерал Подземного» (чиха тэ-чангун ) или «женщина-генерал Подземного» (чиха нё чангун )[43] . Также они могли называться «великий генерал первой половины» (санвон тэ-чангун ) и «великий генерал второй половины» (хавон тэ-чангун )[44] . Они выглядели (и по-прежнему могут сохраняться в корейских традиционных деревнях) как деревянные идолы с человеческими лицами и вертикальной палкой-туловищем. Устанавливали их на границе перед деревней или буддийским храмом, чтобы они отпугивали злых духов-квисин . Миссионер Джеймс Гейл вспоминал: «Вдоль дороги [стояли] дьявольские столбы (devil-posts) с оскаленными зубами. Их задача — не пускать злых духов. Когда в 1895 году разразилась холера, такие столбы стояли повсюду, и на каждом из них была вырезана надпись: “Это генерал, который охотится за духом холеры”»[45] .

Обратим внимание, что в символизме великих генералов мы видим дуализм мужского и женского, Неба и Земли, а также посредничество генералов-заступников в установлении гармонии между миром живых и миром мертвых.

Другим важным генералом в традиционных корейских представлениях о мире являетсяобан чангун — «генерал пяти направлений».Обан чангун , хотя и дух, по значимости уступает только Небу и его подчиненным. Джеймс Грэйсон предлагает оригинальную метафору дляобан чангун — центральное положение на компасе, так как действительно этот генерал отвечает за четыре направления и центр[46] .

Два из четырех Небесных правителя у ворот Онхомун храма Тонхваса, гора Пхальгонсан, город Тэгу, — северный и восточный Небесные правители. Задача таких статуй — охранять учение (Дхарму), защищать храм и верующих от злых духов, а также символически управлять четырьмя сторонами света.