Всё бы хорошо, только неизвестно, есть ли из этой квартиры другой выход и не стоят ли там уже полицейские. Языка нужно было брать срочно.

— Пан! — на лестницу из двери в какое-то помещение показалась красивая рожица с обвитыми вокруг головы косами, прямо как у Юлии Тимошенко, да и похожа немного, моложе только. Хотя, Газовая принцесса тоже молодой когда-то была. — Где пан Адам? — на франко-польском спросила.

Блин. Тут и женщины ещё. Не убивать же их.

— Убит. Где второй выход, — Брехт двинулся к двери.

Девушка не убежала, закрыла рот ладошкой на время и потом как-то несмело улыбнулась.

— Вы убили этого пса? — ух, слезинки в глазах … Стоп. Пса? А чего, надо всегда правду говорить.

— Я. Так есть второй выход? — Брехт подошёл к девушке вплотную, а та и не подумала убегать, да ещё ведь Ивашки с Сёмой в масках чертей за спиной. Брехт свою потерял под каретой.

— Есть бог. Хвала Деве Марии. Пойдёмте, покажу.

Событие двадцать седьмое

У золота все двери на запоре,

Всяк для себя лишь копит: вот в чём горе!

Иоганн Вольфганг Гёте «Фауст»

— Как звать тебя, цветок прерий? — широкими шагами направляясь за бегущей по … Как эту штуку назвать можно? Коридор? Нет. Комнат то никаких нет. Площадке лестницы? В смысле, лестничной площадке. Площадка эта неожиданно кончилась, был поворот, ещё пару метров и дверь, а за дверью, которую открыла неизвестная с косой, спуск вниз. Гораздо менее помпезная лестница. Узкая, между двух стен, без всяких перилл и кованных украшений завитушных. И ещё запах сырости и следы чёрной плесени на освещённых свечой стенах.

— Стеша. Вон выход. Храни вас дева Мария. — Девушка с косой отошла, и Брехт, дождавшись чертей, чуть отставших, стал спускаться.

Не повезло. Опять минутки не хватило. Пётр Христианович потянул дверь, которая вовнутрь открывалась, а на встречу товарищ в голубом полицейском мундире. Пришлось дать мусору по морде и закрыть дверь, за ним ещё двое стояли и в свистки дудели. Громко и противно, чуть барабанные перепонки не полопались. Ультразвук какой-то. Собаки бешены, запрещённое всеми конвенциями оружие используют.

Быстренько задвинув засов, граф отступил от двери. Ещё шмальнут из пистоля. Сейчас почти двадцатимиллиметровая пуля дверь пробьёт. Чего получается? Замуровали демоны. Нет выхода. Помирать с музыкой не хотелось.

— Стеша. Другого выхода нет? — зачем спросил. И так ясно, что нет.

— Нет. Я вас спрячу. Пойдёмте за мной. — Решительная какая девушка. Чего бы не сходить, раз зовут, тем более, у самого в голове плана спасения не было. Не паника, так — вакуум.