Мария Фёдоровна изобразила на челе задумчивость. Ничего особо нового граф не предлагал, ну, разве что эти училища полувоенные, но вот всё вместе, стройную систему, вполне себе продуманную.
— А если не захотят покупать билеты эти? — Погрозила Государыня пальцем в сторону заполненного гостями зала.
— А если не будут брать — отключим газ.
— Что вы сказали, граф? Газ? — вот ведь блин. Но прямо сорвалось само.
— А если не будут брать, то не будем приглашать на бал. Прямо смотря в глаза так и скажете, хотите быть приглашены — подумайте о сиротках.
— Пётр Христианович, вы можете завтра на обед подойти ко мне в Зимний дворец. Обсудим все более подробно, может, даже план накидаем этого грандиозного прожекта.
— Знаете, Мария Фёдоровна… — Брехт замялся.
— Не хотите со мной увидеться? — отстранилась вдовствующая императрица.
— Что вы, Ваше Императорское Величество, просто ваш сын и мой Император вернул мне генеральское звание и вновь назначил шефом Мариупольского гусарского полка, и попросил быстрее отбыть к ним и навести там порядок и ещё помочь цесаревичу Константину в организации торжеств коронационных.
— Наш Ангел велел, а я его уговорю оставить вас, Пётр Христианович, ненадолго в столице. Костенька там без вас неделю другую обойдётся.
— Наш ангел?
— Это детское семейное прозвище Александэра. — Улыбнулась такой светлой — материнской улыбкой Мария Фёдоровна, и в то же время грустной. Конечно, Екатерина чуть не в первый день ещё не отмытого младенца к себе забрала от матери. Государя воспитывать. А потом и вскоре родившегося Константина. Не успела Мария Фёдоровна с ними материнским теплом поделиться.
Точно, до самого последнего императора останется в царской семье эта традиция давать детям прозвища домашние. А что императоры не люди? У всех же в детстве были прозвища.
Когда императоры повзрослеют и отметятся делами, им уже народ заслуженные прозвища давать будет. Вон того милого мальчика Ники обзовут «Палкиным». Александру Первому титул “Благословенного” преподнесёт Сенат в 1814 году, за спасение Отечества от наполеоновского нашествия. И народ этот титул примет.
Одно интересное прозвище будет и у последнего русского императора Николая II. Обзовёт его придворная камарилья «Ананасом». Возникновение этого необычного прозвища связано с тем, что в своих речах Николай часто использовал сочетание слов:
“А на Нас выпало…”
“А на Нас свалилось…”
“А на Нас легло бремя…”
Глава 2
Событие третье
Цветут, жужжат и чудно пахнут
Весной поляны и лужки,
И графоманы и поэты
Слагают о любви стишки
Алиса Патрикеевна