– Я, конечно, не такой хороший охотник, как ты, но мне кажется, что дикие звери привычны к небольшим голодовкам, – хмуро заметил Берт. – Несколько дней для них пустяк.

– Мы не знаем, есть ли внутри храма вода.

– Если бы не было, мыры давно оказались бы в клетке, – отрезал менсалиец. И пристально посмотрел на разведчика: – Чего ты недоговариваешь?

– То же самое, что и ты, – в тон Секачу ответил Дан.

– Ты специально предложил Вандару идиотский план? – сообразил менсалиец. – Чтобы повязать нас?

– Чтобы показать, что мы в одной лодке, – твердо произнес Баурда. – И чтобы у тебя не осталось ненужных иллюзий.

– Я избавился от них в младенчестве, чтоб меня разорвало.

– В таком случае мы говорим на одном языке.

– В таком случае давай начистоту.

– Я не в том положении, чтобы врать. – Дан попыхтел трубкой. – Как думаешь, что случится, если импакто атакует «Доктора»?

– Нам на головы свалится наш цеппель.

– А если Вандар вовремя засечет врага?

– Он улетит, – усмехнулся Секач. – Я бы, во всяком случае, улетел.

– Я бы тоже, – не стал скрывать Баурда. – Но я, к сожалению, застрял в храме. Так же, как ты.

– Вандар не возьмет нас на борт без Камней.

– Поэтому я предложил ему идиотский план. Дал надежду, что до Камней можно добраться.

– Но исполнять план ты не собираешься, – прищурился менсалиец.

– Я не стал фермером, но мне уже много лет. А этот факт говорит о том, что я научился выживать.

– Но и болтаешь ты много.

– Так ведь под делу, – рассмеялся Дан. И вновь стал серьезным: – Идти в храм – форменное самоубийство. Мыры не ослабли, зато они злы, мы не пройдем и двадцати шагов. Все ляжем. Единственный выход: убедить Вандара, что мы добыли Камни, подняться на борт, захватить цеппель и улететь.

– Ты читаешь мои мысли, – кивнул менсалиец. – Я пришел говорить именно об этом.

– Почему пришел? Мог бы кончить.

– Ребята предлагали, – честно ответил Секач. – Но я назвал тебя воином и поручился. Тебе можно доверять.

– Спасибо.

– Мы еще ничего не сделали… – Менсалиец помолчал, внимательно глядя на Баурду. – Ты знал, что я тебя не убью.

– Вандар – самый тертый калач из всех, с кем я имел дело, – с улыбкой ответил Дан. – Не увидев меня среди желающих подняться на борт, он заподозрил бы неладное.

– Так я и сказал ребятам, – признался Секач. – Но аргумент, согласись, слабый.

– Через час я собирался поделиться с Дабурчиком сомнениями на твой счет.

– Хочешь жить?

– Очень.

– Если ты выбрал лодку, я не позволю тебе соскочить, – жестко произнес менсалиец. – Теперь мы договорились, и ты – мой человек.

– Теперь – да, – твердо ответил Дан. – Но есть два вопроса, которые нужно прояснить прежде, чем мы пожмем друг другу руки.