Он обернулся к Алокаридасу, внимательно оглядел его, от кончиков рогов до кончиков сапог, вновь отхлебнул вина, подержав глоток во рту, после чего любезно произнес:

– Производство не заняло много времени и не потребовало много ресурсов. К тому же ваш человек получил бесценный опыт, который наверняка пригодится ему в будущем: я поделился с ним фамильным алхимическим рецептом.

– Для…

– Усыпляющий газ, который мы творим, называется «сондорским». Его разработал Тесио Николас Людвиг Мария Луиза дер Зарадат и Хноя, мой прапрадедушка. – Помпилио закинул ногу на ногу, откинулся на спинку кресла и вел повествование неспешным тоном, однако прервать его у жреца не получалось. – Это произошло во время Третьей войны за наследство семьи Сталес. Отличная была война, хочу заметить. Правда, закончилась не так, как предполагалось, и потому случилась Четвертая, но подрались тогда на славу. В конце концов, мой прапрадедушка сделал даром Виктора Сталеса…

– Мессер!

– Ах да, мы отклонились от темы… Так вот, дар Тесио использовал этот газ для захвата замка Сондор, который, как и местный храм, весьма неплохо проветривался. Операция прошла блестяще, наши солдаты беспрепятственно вошли внутрь и повязали воинов Джерома Сталеса, глупость которого не позволила принять великодушное предложение прапрадедушки…

– Для чего нужен газ? – Алокаридасу все же удалось задать вопрос.

– Теперь у наших воинов есть дополнительное оружие. – Помпилио улыбнулся. – Что же касается замечательной вентиляции, то на ее счет можешь не волноваться: газ весьма сильный, действует быстро, так что он успеет сыграть свою роль в этой постановке… – Адиген покосился на алхимика: – Пять колб, пожалуйста.

– Уже, мессер.

– Я думала, мы займемся планом кампании, – заметила Старшая Сестра.

– Алхимические упражнения помогают мне сосредотачиваться.

– То есть вы думаете над планом?

– Да, Сестра, именно так. Извини, что внешне это никак не проявляется.

– Нам зайти позже?

– Это будет очень мило с твоей стороны, – усмехнулся Помпилио. – Но план, если тебе интересно, конечно, уже готов.

Алокаридас отвернулся и пробормотал ругательство. Ему было очень неудобно перед Отцом, но сдержаться старый жрец не смог.

– Пройдем на мостик? – хладнокровно спросила Старшая Сестра.

Алокаридас понимал, что его королева взбешена не меньше, чем он, и поразился проявленной выдержке.

– Я должен завершить опыт, – капризно ответил Помпилио. И неожиданно закончил: – Псатас, выйди вон.

Алхимик ошарашенно уставился на Старшую Сестру, но та лишь устало кивнула:

– Оставь нас.

Чем окончательно добила несчастного.