– У нас не принято так обращаться с людьми, – холодно произнесла женщина после того, как алхимик закрыл за собой дверь.

– Сочувствую, – протянул Помпилио, внимательно глядя на манометр атанора. – Ты в курсе, что стекло закоптилось? Или такие мелочи тебя не волнуют?

– Он издевается, – хрюкнул Алокаридас.

– Я показываю преимущество строгого подхода и неукоснительного соблюдения порядка, – произнес адиген прежде, чем Старшая Сестра согласилась со стариком. – Мы собираемся воевать, а на войне мелочей не бывает. И даже такой пустяк, как закопченное стекло, может привести к печальным последствиям. К поражению… – Атанор свистнул, спорки вздрогнули, Помпилио улыбнулся и продолжил лекцию: – Я пришел к выводу, что решение поставленной задачи требует одновременно ударить по двум направлениям: храм и вражеский цеппель.

– Мы уже пытались взять храм и потеряли много воинов, – вклинился Алокаридас. – Красный Дом хорошо укреплен.

– В него наверняка ведет подземный ход.

– Думаешь, мы дураки? – вновь не сдержался жрец. И посмотрел на Старшую Сестру: – Ты сказала ему о хищниках?

– Я решил проблему животных, – произнес Помпилио, в упор глядя на жреца. – И мне надоело, что ты говоришь обо мне в третьем лице. Есть замечательное слово: «мессер». Впредь не забывай его, обращаясь ко мне.

– Но…

– Что же касается зверушек, то у меня есть дрессировщик. – Адиген покосился на женщину: – Еще одно совпадение.

Но Старшая Сестра перестала удивляться после того, как бамбадао назвал ей свое имя. А потому спокойно поинтересовалась:

– Кто?

– Тыква… То есть – Ллойд Чизер, это его зверушки. – Помпилио посмотрел на полупустой бокал, потом на бутылку, что стояла на столике у стула, потом, приподняв бровь, на жреца. Алокаридас отвернулся, чем вызвал очередную улыбку адигена. – Так вот, Ллойд со своей синеволосой помощницей вез хищников на Каату и уверен, что сможет вернуть животных под контроль. Это позволит воинам пройти в храм и ударить противнику в спину.

– И мы победим! – не сдержался жрец.

Отец видел, с каким нетерпением ждал Алокаридас этого момента. Как тосковала его душа, лишенная привычного покоя Красного Дома. Как терзался старик при мысли, что чужаки ворвались в святилище во время его служения.

Но теперь все в прошлом. Все страхи позади. Воины войдут в Храм и выгонят чужаков!

– Экспедиционный цеппель улетит при первых же признаках тревоги, – прохладно заметила Старшая Сестра.

– Именно поэтому «Неудержимый» атакует вражеский корабль одновременно с ударом по храму. Поскольку мы ничего не знаем о вооружении противника, придется открывать огонь с максимальной дистанции, но я полагаю, что мой опыт артиллерийских дуэлей, а также опыт капитана Мона…