— Ты русский? — спросил главный из этой троицы, он и помассивнее остальных был, и более наглый по поведению.

— Ну я русский, какие вопросы? — ответил я ему. — Русских никогда не видел?

Он сбился со своего скрипта, но на секунду, не больше.

— Русских я видел, но эмигрантов, а чтобы прямиком из России, этих нет. Ты комми?

— Нет, я не комми, — попробовал я вырулить на чистый базар, — не дорос еще.

— Нет, ты комми, правда, бро? — обернулся он к своим подручным.

Бро молча покивали головами, а потом снова начали сверлить взглядами во мне дырки.

— А ты кто? — решил пойти ва-банк я, — назовись… чтоб с меня спрос учинять?

— Я Боб, — гордо вздернул он голову, — меня тут все знают.

— Ну ладно, — он мне быстро надоел, — я коми, что дальше?

— А дальше ты мне по жизни должен, — завершил он свои претензии, — у меня брата во Вьетнаме убили такие, как ты.

У меня немедленно возникло ощущение дежа-вю, что-то такое с Вьетнамом и пожизненными долгами я слышал совсем недавно.

— Слушай, бро, — нашелся я наконец, — давай спросим старших людей, что они по этому поводу думают.

— Чего? — повысил он голос до угрожающего.

— Ну вот у нас в России за порядком на земле наблюдают специальные люди, называются смотрящие по району или там городу. Думаю, что и у вас что-то такое есть.

Боб сделал попытку схватить меня за лацканы пиджака, но я быстро увернулся.

— Давай не здесь, — предложил ему я, — сразу после занятий встречай меня на выходе, там и определимся с местом…

— Ладно, — сбавил обороты он, — в два часа на выходе… там и со смотрящим определимся.

И он вместе со своими напарниками отбыл в том же направлении, откуда появился. Джон, смотревший за этим представлением со стороны, подошел и сказал следующее.

— Зря ты вспомнил про смотрящих, Витя…

— Это почему? — не понял я.

— Они у нас немного не такие, как в твоем Нижнереченске — ну то есть по национальности похожие, а во всем остальном нет. Я один раз столкнулся с ними, больше не хочу.

— Ну что сделано, Джонни, то сделано, — тяжело вздохнул я, — если не получится, буду плакать, а пока надо жить и радоваться.

— Пойдем, второй урок начинается, — хмуро сказал он, а Лена, стоявшая молчаливо тут неподалеку, сочла нужным меня подбодрить, — все у тебя получится, Витя, я в этом уверена.

— Спасибо, Леночка, — кивнул я ей, и мы зашли в соседнюю комнату, на которой висела табличка «Математика».

Здесь в виде разнообразия руководил процессами учитель, а не учительница. Он строго посмотрел на класс, увидел незнакомые лица и сразу же поставил вопрос ребром.

— Это вы русские? — обратился он к нам с Леной.