— Этажом ниже, — пояснил Джон, — там их штук сорок, платформ для посадки.

После этого он замолчал на секунду, а потом добавил один любопытный факт.

— А еще ниже, говорят, есть секретный уровень, им ФБР ведает — с него отправляются высшие руководители страны. По слухам, конечно, точно этого никто не знает… ну кроме руководителей ФБР.

— В Москве, тоже по слухам, — сказал ему я, — тоже что-то подобное имеется… только там это не дополнительная платформа, а целый секретный вокзал — с него Брежнев отправляется в поездки по стране.

— Интересно, — задумался он, — наверно в любой стране секретные службы что-то такое имеют. А нам сюда, если не ошибаюсь, — и он указал на выход, над которым висела табличка «42 стрит».

Консульство Республики Мексика оказалось именно здесь, буквально в полусотне метров от выхода с Гранд-Централа, я еще подумал, что они выбрали очень странное место для своей резиденции. На входе нас строго проверили на предмет соответствия спискам, проверял амбал двухметрового роста и со зверской физиономией — на удивление Джон там оказался, поэтому через пять минут мы уже заходили в большой зал, где нас встретил тот же самый мистер Санчес.

— Вот и славно, что вы не забыли о моем приглашении, — сделал дружелюбную мину он, — значит, вы двое идите готовиться к выступлению, это вон в ту дверь, а ты, — указал он на Джона, — посиди пока здесь, можешь пообщаться с народом. Да, ваше выступление идет третьим номером, после гимна и Харабе-Тапатио…

Мы с Леной пошли за кулисы большой сцены, а по дороге она у меня спросила, что это за харабе такое.

— Народный танец в Центральной Америке, — пояснил я, — его еще называют мексиканский танец с шляпой — увидишь, не забудешь.

А за кулисами царил обычный предпремьерный мандраж — выступающие не находили себе места, в последний раз репетировали свои роли и галдели на все голоса и наречия. Нас встретил толстый такой мексиканец в сомбреро и с ходу заявил:

— Это вы что ли русские? А я Рамирес, распорядитель… ну пойдем за мной… музыку-то принесли?

— Конечно, мистер Рамирес, — я вытащил из пакета пленку, любезно одолженную нам Викторией, — с самого начала надо запускать. Я кстати Виктор, а она Элен.

— Что там у вас, калинка-малинка?

— Берите выше, мистер Рамирес, тут Казачок.

— Ну и отлично, переодеваться вам, как я вижу, не надо, пошли прослушаем музыку, а то мало ли что может быть…

Мы дружно поплелись за этим мексиканцем, у которого щеки буквально лопались от жира, в итоге он завел нас в какую-то каморку и поставил ленту на магнитофон Сони. Прослушивание первых же тактов мелодии его удовлетворило полностью.