— Вирен!!! Ты спятил?!! Вырубай немедленно! Распоряжений не слышно!

И где же Глеб Петрович мегафон посеял? Без мегафона-то орать посложнее будет, хи-хи. Я бы позлорадствовала, если бы могла.

Топот и звуки, словно по земле волокут что-то тяжёлое.

— Вот они, голубчики!!! Ну, слава богу, все на месте! А куда бы вы делись, периметр-то включён! Что вы делали возле него? На кой ч-рт вы там таскались с этим ч-ртовым роботом? Какие ещё исследования в экстремальный момент? Ладно, неважно. Собирайте личные вещи! Только самое важное, только носители информации, больше ничего! Быстро, быстро, бегом!

Снова топот, пыхтение и звуки, как будто с натугой что-то перетаскивают.

— А это ещё что такое! Полушкин, Богатырёв! Я же ясно сказал — только самые ценные личные вещи, носители информации! Робота с платформы долой, ничего ему тут в контейнере не сделается!

— Это и есть самая ценная личная вещь! — возмущённо и испуганно завопил Генка.

— Потерю с таким трудом восстановленных миарийских технологий нам всем, Глеб Петрович, точно не простят! — поддержал его Андрей.

— И без него мы не полетим! — неожиданно подал голос Кирей.

— Ладно, ч-рт с вами, грузите! Не драться же мне с детьми из-за этого ч-ртового робота… Быстрее, ч-рт бы вас взял!

В преподавательскую палатку вошли, я услышала шаги нескольких человек. И тут же почувствовала, как меня подняли и понесли.

2

Беспомощное тело положили на что-то не слишком мягкое, привязали ремнём, щёлкнула застёжка. Наверное, на грузовую платформу. Прямо, как контейнер с оборудованием, смешно даже.

Поверхность подо мной двинулась, даже чересчур быстро, пожалуй — по лицу заскользил сильный ветер. Рядом толкались, шумно дышали и вполголоса разговаривали знакомые ребята и девчонки.

— Блин, у меня вся одежда тут осталась, испортится же…

— А у меня — варган и гитара, точно дождей не выдержит!

— Косметичка моя! Вся французская помада поплывёт, да и кто её забирать отсюда потом будет!..

— Эй, вы там! Не двигаться, не то вниз слетите, подбирать не будем!

Кто-то пролез поближе, чуть не на ноги мне уселся.

— Особая эла, ты меня слышишь? Ты спишь? — голос Андрея.

— Не тормошите её, она вам всё равно не ответит. Разговорчики потом.

— Ну, вы даёте! Обколоть человека до невменяемого состояния! Интересно, вам за это что-нибудь будет? — неожиданно злой Генкин голос.

— Не болтай ерунду, Полушкин! Будет что-нибудь в первую очередь Лаврушиной — исключат из школы за безответственную выходку!

— Если её исключат, я уйду вместе с ней! И не будет на вашем счету знаменитого изобретателя роботов! Что — съели?