М-да... ректор верна себе. Не успела приехать, и сразу экзамен устроила.
— Тирганские эликсиры относятся к проявляющей группе, — осторожно начала Беатриса, — их используют чтобы найти на месте преступления следы крови.
— Верно, — ректор удовлетворённо кивнула, — на браслетах адепток была капля крови Лейлиолин, она использовала её, чтобы открыть девушкам портал до границы и защитить их от поисковых заклинаний айшагирцев.
— Принцесса... маг крови?! — опешила я.
Триединая... одна из самых редких и нестабильных ветвей Дара! Огромный магический потенциал и практически неконтролируемая Сила... Как же мы её спасать-то будем?!
Такой Дар не накрыть никакой иллюзией! От принцессы будет фонить как от источника и айшагирцы найдут нас за секунду даже на дне тинтарского болота! Если у Корделии такие же проблемы с магией...
— Очень сильный маг крови, — вздохнула ректор, — это существенно усложняет спасательную операцию, но Хорхе уже ищет обходные варианты.
Элисанда замолчала и, достав из кармана миркало, прочитала сообщение.
— Позже продолжим, — в золотых глазах вспыхнул охотничий азарт, а через миг в центре комнаты открылся теневой портал, — спасённые адептки пришли в себя. За мной!
ГЛАВА 27: Тьма за горами
Наставница первой скользнула в переход, мы последовали за ней. Лишь в последний момент я задержалась, окинув взглядом суетящегося Рейнара. Эльф наспех перекладывал в другой чемодан часть скляночек и артефактов, которые могли пригодиться в лазарете.
— Вам нужна помощь? — уточнила.
— Нет, но благодарю за предложение, — устало улыбнулся маг, — идите. Я догоню.
Не став спорить, шагнула в портал. В нос тут ж ударил резковатый запах лекарств.
— Где мы? — недоумённо уставилась на многочисленные полочки, заставленные склянками с эликсирами, и шкафы с сушёными травами.
— В хранилище, — ответил высокий пожилой целитель, — рядом с адептками нельзя использовать магию. Они всё ещё нестабильны и болезненно реагируют на чужую Силу. Поэтому посетители телепортируются сюда, а не в палату.
Вот оно что...
— Сколько у нас времени на общение? — нетерпеливо поинтересовалась Элисандра.
— Не больше десяти минут! — предупредил лекарь.
— Хорошо, — в голосе ректора проскользнуло недовольство, но спорить не стала.
— И постарайтесь не задавать болезненных и провокационных вопросов, — добавил мужчина, — пострадавшие только пришли в себя, любая встряска...
— Уверяю, мы не собираемся вредить девушкам, — перебила его Элисандра, — но вы должны понимать, что допрос дело тонкое.
На лицо целителя набежала тень, а ментальная паутина задрожала от чужого недовольства. Будь его воля, он бы нас и на порог не пустил.