— Что везём? — спросил милиционер.

— Хлебные ящики, — ответил водитель.

— Ночью?

— С утра развозка.

Милиционер постучал пальцами по борту.

— Открывай.

Сухой Волк поднялся, пригнулся под низкой крышей и вышел через боковую дверь.

— Командир, — сказал он милиционеру. — Давай поговорим.

— О чём говорить? Открывай кузов.

Сухой подошёл ближе. Второй мент у «Жигулей» повернул к нам голову. Но сухой чуть приобнял мента за плечи и отвёл в сторону. Слов было не разобрать.

Милиционер сначала держал служебное лицо, потом посмотрел на номер фургона, а потом вернул документы водителю и убрал фонарь.

— Езжайте.

Водитель принял права так аккуратно, будто ему вернули лишний год жизни.

— Спасибо, командир.

— Только по району сегодня не катайтесь. Проверка идёт.

— Поняли.

Сухой залез обратно и закрыл боковую дверь. Фургон тронулся, а я посмотрел через грязное заднее стекло. Милиционер уже махал жезлом следующей машине.

Шмель откинулся к борту и вытер ладонью пот с лица.

— Я сейчас поседею, — выдохнул он.

— Тебе пойдёт, — хмыкнул я.

Мы свернули в промзону и остановились у старого склада за магазином стройматериалов. Вывеска магазина висела криво: «Краски. Лаки. Обои». Половина букв облезла, зато замок на воротах был новый. Люди Волков открыли створки, фургон загнали внутрь. Основную часть партии перенесли в дальнее помещение, за штабели мешков с цементом и рулоны линолеума. «Контрольный» ящик оставили и накрыли брезентом.

Сюда подъехал Костя, видимо хотел лично проконтролировать разгрузку. Я прислонился плечом к холодной стене склада. Первая часть дела была сделана.

Костя достал сотовый, отошёл к воротам склада и набрал Семёна Игоревича. Говорил коротко, что именно, я не слышал, но по лицу было понятно, что разговор шёл тяжёлый. Костя закончил разговор, сунул аппарат человеку рядом и повернулся ко мне.

— План такой, — сказал он. — Виктор едет в кафе. Татарам покажут контрольный ящик. Основной товар остаётся здесь, пока всё не закончится.

Мы снова сели в фургон, на этот раз Костя поехал вместе с нами. Водитель захлопнул дверцу, вытер ладони о штаны и посмотрел на Костю.

— Куда?

— К Дому быта.

Фургон завёлся с хрипом, из трубы вылетел сизый дым. До Дома быта добрались быстро.

Кафе называлось «Уют». Вывеска висела над входом. Фасад когда-то был голубым, теперь стал цветом уставшей тряпки. Стеклянные двери у главного входа были заляпаны пальцами, возле крыльца стояла урна, полная окурков, а под стеной валялась картонная коробка из-под бананов.

Название выглядело издёвкой. Уютом здесь пахло слабо. Через приоткрытую дверь тянула музыка.