Из-за заторможенности и плохой координации мыться было тяжело, зато как приятно! Правда, воду пришлось включить еле тёплую, но даже она казалась мне обжигающей. И я наконец рассмотрела себя и пришла к выводу, что прям хороша. И кожа гладкая, и волосы шелковистые, и фигурка… м-да, как у секс-робота. Ну-у… есть же любители на двоечку, да? Ступни, правда, большие, зато ноги длинные! В общем, хороша — и точка. Эх, мне бы такую фигуру раньше…
Я вспомнила себя — ту, другую, из почти прошлой жизни. И внезапно ощутила, как под веки будто песка горячего сыпанули. По глазах резануло болью, и слезы сами собой покатились по щекам. Какая же я была дура, ну какая дура… У меня же всё было, всё. И родители, и родственники, и друзья, и работа, и уважение, и жильё, и, будем честны, не такая уж плохая внешность. Даже толстенькой, я была симпатичной. Не роковухой, но милой. И родить я могла, и семью создать. А если уж так приспичило похудеть, можно было как-то иначе это сделать!
Размазывая слёзы по щекам, я кусала губы, чтобы не выть от нахлынувших чувств — боли, сожаления, горя по тем, кого никогда не увижу, по себе самой, прежней.
— Мамочка… Папа…
Не выдержав, я села на пол ванной и зарыдала, уже не сдерживаясь.
Не знаю, сколько прошло времени — ноги у меня не затекали, спина не уставала, а когда я посмотрела в зеркало, выяснила, что глаза не покраснели, а лицо не опухло. Вроде бы и порадоваться надо, что новое тело такое крепкое, но почему-то наоборот, захотелось снова разреветься.
Ну нет, хватит. Это всё гормоны! В прошлой жизни я не была такой размазнёй, и в этой ею становиться не собираюсь. Вообще, у меня теперь есть все шансы стать настоящй железной леди. Вот прям в прямом смысле слова — хотя нет, скелет у меня всё-таки из какого-то композитного материала. Лучше бы, чем рыдать, выяснила вопрос, насколько рискованно для меня проходить медосмотр. Правильно, надо отвлечься и не давать гормонам взять верх. В конце концов, мир должны захватить роботы, а не гормоны… Иначе апокалипсис будет куда страшнее!
Лучше всего для отвлечения подходят мысли о еде. Вот еду я и отправилась добывать.
Скрепка, спасибо ему за это, ничего не сказал ни по поводу долгого сидения в ванне, ни по поводу видимых следов от слёз. Вместо этого он налил мне питательной смеси и включил чайник.
— Твой Розга вчера чай притащил, — Скрепыш достал из шкафчика новую упаковку, исписанную многочисленными «эко» и «натуральное». — Будто я сам не мог заказать.
— А ты заказал? — улыбнулась я.
Скрепка фыркнул: значит, нет.
— Зато я тебе его заварю.