При разнимании мачей досталось и главному арбитру Гурусете, потому дальнейшее судейство благодушием не страдало. Кроме того, прилично прилетело в ухо и «ведьме», даже кровь пошла. Игра была остановлена минут на семь.

После вынужденного перерыва хрен кто успокоился. За пару минут до свистка на перерыв отличился вратарь «Студентов» Альберто Полетти. Случилась толкотня у ворот, и мяч время от времени взмывал в воздух. В один из таких моментов одновременно выпрыгнули нападающий испанцев Хосе Эулохио Гарате и вратарь аргентинцев. Полетти то ли хотел ударить по мячу кулаком, то ли и не хотел совсем, но угодил точно по виску игрока «Атлетико», разорвав грубой кожей вратарской перчатки куда более нежную кожу на голове соперника. Приземлился Гарате уже обмякшей тушкой — когда стали поднимать, то увидели, что кровь у бедняги прямо ручейками течёт по лицу.

Нападающего унесли с поля и заменили, а судья только и мог сказать аргентинцу, чтобы играл аккуратней — хотя формально он был в своём праве защищать ворота всеми способами.

Ну а только ввели мяч, как Гурусета подал сигнал об окончании первого тайма.

Альберто Хосе Полетти

Событие сорок перовое

Удар! Г-о-о-о-л! Футболисты ликуют, прыгают, обнимаются, и-и-и… бутса… летит на трибуны!

В этот раз никто концертов не устраивал, девчули по полю не топали — скука смертная. Да ещё и зрители, собравшиеся на стадионе, не сильно-то болели за свой «Атлетико». Если кто-то по простоте душевной думает, что только у нас вся остальная Россия, мягко говоря, недолюбливает москвичей, то глубоко ошибается. Провинциалы в большинстве стран не любят столичных. В Испании это выражено в разы больше, чем в России, а соседней с Валенсией Барселоне — столице автономной области Каталония — их просто ненавидят. Вот так не сильно-то болел за своих-не своих и Эльче. Многие желали поражение «Атлетико», тем более, что их любимый клуб уже всё равно выбыл из борьбы за Trofeo Festa d’Elx.

Стадион гудел и дымил. Русские были тут чуть ли не единственными некурящими, а все остальные тридцать тысяч успели по две-три сигареты высосать. Над стадионом стояли облака дыма и гул.

— Ну что, Валера, есть мысли, как с этим искусственным офсайдом справляться? — сквозь старческий кашель поинтересовался Аркадьев.

— Задачка… — Лобановский уже пару минут теребил свой раздвоенный подбородок, думая как раз об этом.

— Придётся переходить на короткий пас, — тяжко вздохнул Нетто. — И это — против таких костоломов.

— Есть одна мысль, — оставил лицо в покое Агностик-Гусь. Достал блокнот и нарисовал схему. Уткнулись — Валерий показал стрелками перемещение игроков.