— Да балбесы они. Новой обувкой ноги попортили в Саратове. Не беспокойся, Миша — полечим, будут как новенькие через недельку. Чай, не отвалились ноги-то.
— Вот и договорились, вот и славненько. Ну, веди в свои хоромы, боярин — а то у меня тут в портфельчике такая штука притаилась, на которую только втроём в укромном месте глядеть можно.
Глава 9
Событие двенадцатое
Высшая математика в жизни мне пригодилась только один раз — когда ключи упали в унитаз пришлось скрутить из проволоки интеграл.
Домой товарища Тишкова выписали. Потому что нефиг. Приехал с Урала доктор Илизаров, осмотрел дело рук своих на ногах чужих и изрёк: «Хозяин лежит — и все лежит, хозяин с постели — и все на деле». Потом ручку протянул с листочком и опять перл выдал: «Я тебе больше, хозяин, не слуга — вот тебе хомут и дуга».
— Вона как! Да вы, Гавриил Абрамович, кладезь. Давайте третью мудрость. Бог троицу любит.
Великий ортопед поправил свои чёрные как смоль усы почти будёновского размера, снял высокую шапочку, выпустив наружу копну энштейновских волос, только тоже чёрных, не седых ещё, и, подтянув ужасный, не вяжущийся с костюмом аляповато-полосатый галстук, выдал: «Мясо хорошо в пирогах, река — в берегах, а хозяин — во дворе».
— Гоните? И правильно — чего тут родное государство объедаю? Кстати, насчёт «объедаю». Диету там, может, какую посоветуете — творожок для роста костей, молочко козье?
Еврей, понятно — еврейский ответ и выдал:
— Больному и мёд невкусен, а здоровый и камень ест.
— Камни есть?
— Вы, Пётр Миронович, правы. Молоко, сыры, лосось, если достанете. Орехи и сухофрукты. Да, в фасоли и бобах кальция много. Зелёные овощи и травки всякие укропно-петрушные. А самое главное — каждый день сывороточный белок. С простоквашки водичку сливаете — и стакан утречком в себя натощак, — не перекрестил на дорожку, а опять мудростью наградил: — Здоровье выходит пудами, а входит золотниками.
Штелле представил себе выходящее из него пудами «здоровье». Так и удобства в доме испортить можно. Придётся нужник во дворе строить.
Приехал домой — и буквально через десяток минут принёс фельдъегерь два письма от Громыко. Товарищей передали из МВД в Управление фельдъегерской службы при Министерстве связи СССР, да и званий всяких, наверное лишили, потому что был дядечка в обычном коричневом костюме фабрики «Большевичка». Расписался Пётр, вскрыл первое письмецо — и задумался. Точнее, не одно письмо было, а целый пакет документов. Надо отдать должное Громыко: при прочтении письма возникал целый ряд вопросов, и вот на каждый заранее был приготовлен ответ в виде справки или копии какой-то бумаги. Умеет работать старая гвардия.