Приезжайте в Грузию и, выходя из самолёта, скажите: «Сакартвелос гаумарджос» — «Да здравствует Грузия!». Это как пароль, как объяснение в любви всей стране. «Сакартвело» переводится как «Грузия», самоназвание. Вот скажите — и вы друг. Да что там — даже генацвале.

Перед посадкой в карету скорой помощи, вообще-то — в раздолбанную до невозможности «буханку», дед Андро сказал кайратовцам: «Гагвимарджос». И Карло Павлович Хурцидзе тоже сказал понурым торпедовцам: «Гагвимарджос». Переводится как-то вроде «чтоб нам победить». Жители страны Сакартвело всегда воевали — то с турками, то с персами, то с горцами. У нас говорят что-то в духе «Удачи, братка», а у них вот — «Гагвимарджос».

Событие двадцатое

— Знакомься, мама, это Саша. Он очень положительный! Даже пиджак положил в лужу, чтобы я не наступила в грязь!

— Я рада, доченька.

— Да-да, представляешь: поймал мужика, снял с него пиджак и положил в лужу!

Аркадьев с Нетто оглядели народ после того, как карета, гремя колёсами по мостовой укатила, и вздохнули синхронно.

— Пошли.

Звёзды в этот день были не на стороне «Кайрата». Несчастье случилось минуте на десятой второго тайма. Торпедовцы организовали красивую атаку по левому флангу, и Джемал Херхадзе замкнул её, выйдя один на один с Бубенцом. Масик выпрыгнул, но, сильно оттолкнувшись от лужи перед воротами, поскользнулся — и хоть в каком-то неимоверном растяжении переправил мяч выше ворот, но приземлился уже с неестественно вытянутой ногой. Попытался вскочить, и тут же свалился в ту же лужу, матеря всю Грузию с её дождями. Ему судья чего-то вещает, а он лежит и стенает. Позвали врача, унесли на носилках. И тут Аркадьев с Игорем Нетто синхронно схватились за вихры. Замены произведены! Обе — две. Бросились к доктору, а он и говорит: мол, ничего страшного, вывих — сейчас вправим, и будет почти как новенький… Через недельку.

— Севидов! Юра, вставай в ворота, — подозвал Игорь самого здорового из команды. Вообще, на такой случай тренировали время от времени защитника Федотова, но тот остался дома, матч из-за красной карточки пропуская. Севидова Аркадьев как раз из-за бутс выбрал. Пусть крепко стоит на своих шести необычных шипах. Сняли с Бубенца перчатки французские с пупырышками и перекрестили.

Хозяева получили явное преимущество. Опять воспрял и возбудился двенадцатый игрок — болельщики. Рьяно принялись чего-то грузинское скандировать. Получается, воинов Сакартвело двенадцать, а казахов — только десять.

Угловой подал Гарри Кикава. Очень удачно: прямо над Джемалом Херхадзе круглый полетел. Тот выпрыгнул и боднул. Скорее всего, и Масик бы не взял — но к чему сослагательные наклонения… Севидов не взял точно.