Гиббон тем временем всячески препятствовал своему отлову и водружению в зимний вольер, зависая на упомянутом тросе над упомянутым прудом. Сеня прибыл в зоопарк, явился к пруду в сопровождении зоотехника (или как называется эта должность в зоопарке?) и получил указание шугануть гиббона, но, главное, ни в коем случае не попасть гиббону в глаз — зверь заморский, цены немалой, хлопот не оберешься. Можете себе представить сложность задачи — сильно подвижная цель, приличное расстояние, наши неприцельные маркеры и несферические шарики. Ну и немедленно собравшаяся толпа доброхотов, подававшая Сене непрерывные советы по тактике уничтожения гиббонов и прочего четверорукого скота.

Сеня, как заправский снайпер, угнездился на парапете и пальнул в животину. Самое поразительное, что с первого выстрела он угодил гиббону в нижнюю руку. Гиббон, почувствовав шлепок по лапе, подтянул ее к носу, увидел кроваво-красное пятно и с паническими воплями кинулся зимовать в вольер. Сеня же отправился распивать различного рода алкоголесодержащие жидкости с персоналом обезьянника. Надо отметить, что с тех пор боле звонков из зоопарка не поступало — видимо, наловчились загонять гиббонов на зимовку более мирными средствами.

НАШ БРОНЕПОЕЗД

Был у нас давным-давно, на рубеже тысячелетий среди тех, кто поднимал первые пейнтбольные клубы и поля, один знакомый очень своеобразного вида. Невысокий, щуплый, глянешь — то ли бомж, то ли пьяный. Неказистой, в общем внешности человек. В Москву перебрался из Севастополя, где служил прапорщиком в морской пехоте ЧФ, и не просто, а в спецназе. Я как первый раз его при параде со всем иконостасом увидел — аж обомлел, потом еще добрый час Игорек рассказывал, что и за какую командировку получил. Так что поездил он по свету немало, потом ушел в отставку и устроился детским тренером по карате, благо поясов и опыта завались.

Собсно история: стряслось у него что-то с женой, он ее в охапку, срочно в больницу, сдал, вышел, выдохнул, а рядом ларек, а в ларьке пиво. Ну он и прикупил бутылочку, стоит, дух переводит после всех треволнений.

Тут по закону подлости патруль, два серых бойца одинаковы с лица навалились, стали требовать документы, которые он в суматохе дома забыл. Дошло до тычков стволом АКСУ под ребра, что Игорьку не понравилось. Поставил он бутылку, мелькнул рукой в воздухе два раза, попал оба раза по сонным артериям, автоматы подхватил на лету, чтобы казенное имущество по асфальту не гремело.

Да не повезло: тут как раз канарейка подъехала и повалила из нее несметная ментовская сила. Игорек оружие положил, сам на асфальт прилег — к чему нам, мирным людям, гора трупов — и получил кучу ударов по ребрам чем попало. Я потом интересовался «Как выдержал-то?», так он отвечал «Блин, да разве они могут правильно попасть? Смех один…»