Подходит она, значит, к багажнику, открывет его, наклоняется… Ну тут ветерок и дунул.
Все по классике — подол вверх, челюсти вниз, пять (пять!!!) машин паровозиком.
В оправдание водителям могу сказать, что и я сам чуть в подземный переход через ограждение не свалился, настолько завлекательное зрелище было.
САМАЯ ПРИКОЛЬНАЯ АВАРИЯ-2
Есть такое место в Москве — ВДНХ. Выставка достижений народного хозяйства, если кто не знает. Апофеоз сталинской архитектуры, эдакий «небесный Советский Союз».
Уйма ценных экспонатов, площадь 250 гектаров, асфальта километров 20 минимум, приличный такой городской райончик. Целое отделение милиции «по охране территории ВДНХ» (ныне Отдел МВД России по обслуживанию ВДНХ).
Днем — тысячные толпы народа, ночью — пустота и темнота.
И вот в этой пустоте и темноте сталкиваются две патрульных «канарейки».
САМАЯ ПРИКОЛЬНАЯ АВАРИЯ-3
Ну, не то, чтобы прям авария…
В далекие-далекие времена, когда участники Куликовской битвы возвращались после взятия Парижа прямо на съезд КПСС, движение вокруг Кремля шло иначе. Например, проспект Маркса (Моховая) был двухсторонним. Также от Кремлевской набережной водители могли повернуть направо вдоль моста, а потом еще раз плавненько направо и ехать по Манежной улице мимо Кутафьи и далее.
Доцент М. был мужчиной крупным и, что важнее, автомобилистом. То есть гордым владельцем новенького ушастого «Запорожца». Было и третье качество — любил выпить. Не напиться, а именно выпить, чтобы взвеселить дух. Но при его размерах выпивать приходилось много, отчего граница между «выпил» и «напился» частенько терялась.
Вот как-то раз, придя в возвышенное состояние, он рулил по Кремлевской набережной и уже свернул направо, имея целью попасть на Манежную. Но где-то в промежутке между набережной и Боровицкой площадью все ранее выпитое ударило в голову и у доцента М. случилось временное помутнение сознания.
Направо-то он повернул, но слишком резко…
Стоявшие в те годы на Боровицких воротах люди в милицейской форме были непугаными (даже Ильин еще в Брежнева не стрелял) и потому привычно откозыряли автотранспортному средству, чинно въезжавшему в Кремль — раз едет, значит, имеет право!
И только спустя несколько секунд до них дошло несоответствие размеров и раскраски. А доцент М. внезапно осознал, что он двигается вдоль Большого Кремлевского дворца и видит впереди Архангельский собор.
По тем непуганым временам доцент М. отделался годовым лишение прав. А вы говорите — кровавая гебня, кровавая гебня…
Пейнтбол-шментбол…
А ЕСТЬ ЛИ У ВАС НОЖ, МИСТЕР ФИКС?
Давным-давно, еще в прошлом тысячелетии, в столице одной весьма независимой страны жили-были (надеюсь, и сейчас живут-бывут) два друга-пейнтболиста. От прочих пейнтболистов наших героев отличала необыкновенная любовь к холодному оружию и военным приблудам. Ходили они обвешанные разнообразными ножами и при любом удобном случае демонстрировали их окружающим — вот, мол, какую дивную загогулину сыскали! Поскольку любовь была большая и настоящая, то наши герои через нее постоянно страдали.