— Понятно. — Он поставил кружку. — Слушай, раз такое дело, можно совместить приятное с полезным. Завод без защиты сейчас?

— Без. Раньше я сам решал такие вопросы, сейчас там другой управляющий. — Габино развел руками. — Я к этому заводу больше отношения не имею, так что договариваться придется напрямую.

— Это не страшно, — усмехнулся Хорхе. — Придём познакомимся. Объясним, что к чему. Процент стандартный, никого не разорим. Всё цивилизованно.

— Главное, без лишнего шума, — повторил Габино. — Мальчишку напугать, завод под контроль взять, и разойтись по-тихому. Аппетиты держи в разумных пределах, Хорхе. Это корпораты, не мясной рынок.

— Да понимаю я, понимаю. — Хорхе поднялся и протянул руку. — Сделаем. Парню твоему наука будет.

Они пожали руки.

Габино вышел на улицу. Послеобеденное солнце жарило нещадно. Он надел очки, вытер лоб платком и не спеша пошёл к своей машине.

На душе стало заметно легче.

* * *

Звонок раздался в половине девятого утра, когда я делал себе тост с маслом.

На экране высветилось имя Даниэля.

— Доброе утро, сеньор, — голос у него был таким, будто утро совсем не доброе.

— Слушаю.

— У нас тут… ситуация. Пришли четыре человека. Ждут вас в моём кабинете. Говорят, что хотят поговорить с хозяином завода.

— Что за люди?

— Не знаю. Не представились, документов не показали. Пришли с утра, сразу после открытия. Охранник их пропустил, потому что… Ну, он их пропустил.

Понятно. Значит, охранник знал, кто они такие, и предпочёл не связываться. Знакомая картина.

— Жди. Еду.

Я положил тост обратно на тарелку. Аппетит совсем пропал.

Мария, как обычно, услышала разговор. Она стояла у кофеварки и резала рыбу.

— Проблемы на заводе, — коротко сообщил я. — Еду разбираться.

— Мне с вами?

— Нет. Останься с детьми, когда приедут. Пусть работают по плану.

Чуть улыбнулся, когда сказал дети, как и Мария. Мы словно пара родителей, что уже давно в браке. Но, Мария конечно же улыбалась не поэтому. Её веселило, что парень которому нет и двадцати говорит — дети, почти что ровесникам. Меня это не веселило, ведь мне в той жизни было за пятьдесят.

Хавьер нашёлся на террасе. Он сидел в кресле с книгой в руках, но по его позе было видно, что книга интересовала его меньше, чем наш разговор на кухне. Стены тонкие, а уши у бывших военных хорошие.

— Едешь со мной, — сказал я, даже не спрашивая.

Хавьер молча встал и пошел следом.

Мы выехали через пять минут. На этот раз за рулём был он, и я не спорил. Хавьер водил спокойно и уверенно.

— Даниэль сказал, четверо, — я смотрел на дорогу. — Никто из них не представился. Охранник их просто пропустил.