— Всегда, — ответил я.

Он покосился на меня, но промолчал.

Нас встретили у ворот. Двое скучающих крепких парней, которым платят за то, чтобы стоять. Хавьер вышел первым, я за ним. Парни посмотрели на чемодан у меня в руке и потеряли интерес — всё шло по сценарию.

Хорхе ждал внутри, засунув руки в карманы. За его спиной стояли пятеро. Серхио держался чуть в стороне, у левой стены, и смотрел на всех, будто он был тут самым важным.

Хавьер засек его раньше меня. Я заметил только то, что военный слегка изменил угол, с которого зашёл, заняв позицию ближе к магу.

— Пришли, — сказал Хорхе довольно. — Молодцы, я уж думал, передумаете.

— Слово держать надо, — ответил я и поставил чемодан на капот ближайшей машины.

Хорхе кивнул одному из своих ребят. Тот подошел, щелкнул замками и откинул крышку.

Повисла немая пауза.

Он смотрел на газеты. Потом поднял взгляд на меня.

— Это что?

— Местная пресса, — ответил я. — Почитай на досуге. Интересно пишут.

Хорхе медленно выпрямился. С лица моментально сползла наигранная дружелюбность. Он повернулся к магу и коротко кивнул.

Серхио шагнул вперед и успел поднять только руку. Хавьер уже начал движение. Я не успел толком проследить за тем, что произошло в следующие несколько секунд, но противник осел на пол первым. Один быстрый и точный удар острым куском льда в горло.

Дальше Хавьер работал по остальным без остановки, двигаясь через склад и делая то, что он умеет лучше всего. Никаких картинных движений, только результат. Через минуту все лежали на полу. Живые, но надолго выбывшие из разговора.

Только Серхио не поднимется никогда.

Хавьер убрал клинки, поправил рукав и отступил на шаг назад. Все произошло настолько быстро, что я не успел ничего понять. Не врал, курилка, и правда молниеносный.

Хорхе стоял один посреди ангара и вопросительно смотрел на меня.

Я закрыл крышку чемодана и выпрямился.

— Поговорим спокойно?

Хорхе не ответил, но и не двинулся с места.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда я говорю, ты слушаешь. У тебя сейчас неприятная ситуация. Ты пришёл к человеку с фамилией дэ Фуэго, с требованием денег, и твои люди лежат на полу. Это уже плохо. Но пока это между нами.

Хорхе молчал, и слушал.

— Вот что я предлагаю, — продолжил я. — Этого разговора не было. Твои люди упали сами, поскользнулись, со всеми бывает. Серхио… — я покосился на мага, — что ж, производственная авария. Уверен, ты придумаешь, что делать с телом. Об инциденте никто не узнает. Ни полиция, ни семья, ни портовые. Чистый лист.

— А если нет? — спросил Хорхе скорее всего, чисто из интереса.

— Варианта «нет», для тебя нет, если ты конечно не собираешься к праотцам. — сказал почти дружески.