Может, это — мой шанс выбраться отсюда? Если я расскажу, все как было на самом деле, меня отправят домой? Хорошо бы!

— Вы, наверное, мне не поверите! Эм… Я вообще из другого мира, — начала я, нервно улыбаясь. В этот момент я чувствовала себя особо глупо.

И тут мой взгляд упал на красавца, сидевшего за спинами пытливых дядечек из какого-то неизвестного мне министерства.

Красавец с наслаждением выжимал двумя руками, что — то невидимое, глядя на меня пристальным взглядом. У меня дернулся глазик, когда я поняла, что он представляет мою шею. «Я умею обнимать женщин так, что они после этого тут же падают, сраженные моим обаянием, к моим ногам! И больше не шевелятся!», — прочитала я в вишневых глазах, пока холеные руки продолжали скручивать что-то невидимое. «Ах, сударь! Я — девушка честная, поэтому за мной придется побегать! Возможно даже по всему замку. И, возможно, с криком «Куда пошла, сволочь!», — ответила я очень выразительным взглядом. И тут же совсем другим взглядом добавила: «Я мастер «вот она была, и нету». И училась у самой зарплаты!».

Дядечки подозрительно обернулись, но красавец уже со скучающим видом рассматривал шикарный маникюр.

— … эм… — помялась я, а слюнка медленно потекла по гортани. По поводу раздетости! Я была у себя дома! И дома жарко! Понимаете, я полезла в погреб… Да! За огурцами… А потом… Потом очутилась на какой-то площади! Передо мной стоял мальчик… Маленький… И … этот…

Я посмотрела вниз, на блестящую лысину и костюмчик.

— Не этот, а дворецкий семьи Малеволент! — обиженно заметил миниатюрный старикашечка, глядя на меня снизу вверх. — Или вы считаете, что гоблины не могут быть дворецкими?

— А еще был какой-то старик! Ну знаете, с бородой! Похож на доброго волшебника! И куча детей… И мальчик сказал, что он за меня заплатил, и я — его желание, поэтому … он может забрать меня домой, — мой голос становился тише, пока страшные вишневые глаза сверлили во мне лишнюю дырочку. Но явно не с целью опробовать ее, как мужчина!

Бледный палец тем временем скользнул по бледной шее. Путаясь в черном кружеве воротника, сколотого внушительной брошью, он чертил вполне понятную линию от уха до уха. И мне стало слегка не по себе. Я округлила глаза, делая шумный вдох. «Ах, как жаль, что вы так быстро уходите. Быстро, навсегда и в лучший из миров!», — читалось в его глазах. На что я — ответила взглядом: «Когда на кухне по диагонали от холодильника до дивана пробежала мышь, я с легкостью взяла си второй октавы. А у соседей треснул стеклопакет. Готовы ли вы в случае чего вставлять окна во всем замке?».