Скорее всего образ романтического рыцаря я окончательно завалил, когда принёс Дарье давно оформленный чек, с её долей призовых денег. К моему удивлению она вполне профессионально его изучила с обеих сторон, и даже с пониманием выслушала объяснения по распределению призовой суммы, согласно кивнув головой.
Потом мы в четыре руки кинулись организовывать романтический ужин. У Дарьи было итальянское вино, в плетёных бутылях, оливки, орехи, три сорта сыра, среди которых на двух я заметил плесень, и несколько гроздей винограда. Я, со своей стороны, поставил бутылку коньяка «Двин» (одну из выигранных по пари с пилотами), упаковку бабаевского шоколада (вчера княжич из Камышина целую коробку прислал, опять же как проигрыш в споре), и неплохой набор из икры и копчёностей (Липатов всё же засунул мне две корзины с наборами деликатесов в дирижабль. Хорошо, что я от всех остальных подарков отбрыкался, а то бы мы не взлетели).
В итоге получился неплохой стол, которому мы плотненько уделили минут пятнадцать внимания.
– А ты не подскажешь, чего это все твои служаки передо мной тянутся? – задала княжна вопрос, так и не осилив даже наполовину пласт балыка белорыбицы, который она под конец терзала совсем уж неохотно.
– Так все тебя в лицо знают, – ответил я, сыто откидываясь на спинку стула, и машинально сканируя стол в поисках очередной вкусняшки, хотя есть уже почти не мог, – Не удивлюсь, если по посёлку твоих фоток из журналов наберётся больше, чем портретов Императора. По крайней мере в казармах и караулках они точно висят, сам видел. Да и в цехах твоих фоток полно, особенно тех, на которых ты в красном берете щеголяешь.
– Ой, подумаешь… А сам-то свои фотографии видел? Или ты думаешь Феликс Юсупов тебя просто так к цесаревне приревновал? Это же он у нас в записных красавчиках значится и на глянцевых обложках сияет, а тут на тебе, какой-то курсант его пододвинул, – с изрядным ехидством произнесла княжна, глядя на моё растерянное лицо.
– Ты-то откуда про это знаешь? – поразился я осведомлённости Дарьи, и находясь в полном раздрае чувств, разом осушил остатки коньяка в своём бокале.
– Откуда я знаю одну из самых популярных салонных сплетен недели? Можешь поверить, нашлись соболезнующие дамы. Не один раз мне всё старательно пересказали. А уж как они сочувственно на меня смотрели, когда принимались при мне обсуждать, есть ли у тебя шансы на роман с цесаревной, так и не передать, – с какой-то едкой усмешкой поведала мне Дарья, разглядывая меня сквозь стекло своего бокала с вином.
– Ну да, где я и где цесаревна… – попытался я воззвать к голосу разума.