— В Японии такое не принято. Кроме того, кровную месть запретил ещё мой дед, но даже когда она была разрешена, это было обставлено, как сложная бюрократическая процедура с целым рядом условностей и ограничений, — тут же присела Аю на своего любимого конька, начав меня просвещать на предмет японской истории и культуры.
Обычно, Аю — практически идеальная жена, но свои пунктики у неё всё равно имеются. Соглашусь, что в своих попытках приобщить меня к японскому восприятию жизни, она действует из лучших побуждений. Мы оба понимаем — муж Императрицы должен представлять себе, что движет подданными его жены. Другими словами, она хочет научить меня понимать японцев, а я пытаюсь привнести новаторские методы в управление страной. И да, «мочить даже в сортире» — это по-русски.
— Солнце моё, давай ты мне завтра с утра про всё это расскажешь, — попросил я жену, зевнув при этом так, что чуть было челюсть себе не вывихнул.
До кровати я в тот вечер так и не дошёл. Уснул прямо на стуле, надумав переодеться перед ужином. Просто разом выключился. Не проснулся даже тогда, когда слуги принялись меня вчетвером перетаскивать на ближайший диван.
* **
Утро, а точнее, «очень позднее утро», если так можно назвать час дня, началось для меня далеко не обычным образом.
Разбудил меня женский шёпот, который отчего-то не вызвал чувства тревоги. Сориентировавшись на источник звука, я чуть приоткрыл один глаз и увидел прямо перед носом довольно милое зрелище. Ну, а как ещё назвать две пары вполне полноценных грудей, которые в глубоких вырезах двух платьев, были представлены моему обзору для самого ближайшего ознакомления чуть ли не во всём их великолепии.
Взглянув чуть повыше, я увидел и две сосредоточенные моськи условно знакомых девиц, которые чуть ли не уткнулись носиками мне в плечо, что-то там пристально разглядывая.
Когда незнакомки вдоволь насмотрелись на плечо, а я, тем временем, за декольте их платьев, они разогнулись и приступили к действию. Та, что повыше, начала над моим плечом водить руками, при этом закрыв глаза и закусив губу. Собственно, если из этого действа можно было бы убрать руки, то всё остальное смотрелось бы тоже очень неплохо. Больно уж выразительное и миленькое у девушки лицо. Я бы сказал: даже страстное, оценивая её мимику, — Зажило у князя всё, как на собаке, — заявила она, закончив, как я понял, сеанс магической диагностики.
— Как на кошке, — не согласившись, мотнула кудряшками другая, что пониже, — Но шрамик то останется. Пусть и тоненький.
— Ой, это такие пустяки. Надо будет, даже я смогу его свести сеансов за пять — шесть. А опытному магу — косметологу и вовсе минут на десять работы.