Савелий оценил, но не так, как хотелось бы.

— Слишком красивый деловой костюм.

Улыбаюсь.

— А может быть, для тебя стараюсь? Просто я слишком красивая, и на мне любой костюм выглядит шикарным, или почти любой. Но ты ведь не об этом зашёл поговорить? — сама невинность, ей-богу, ещё несколько подходов к снаряду и я научусь женским штучкам.

— Не об этом.

— Повторюсь, я немного поумнела. Но это не значит, что посторонние мужчины перестанут на меня обращать внимание, или перестанут делать комплименты, слать записки или приглашать на свидания, думая, что я несчастлива в браке, и им что-то может отломиться. Дело в том, где я сейчас нахожусь и с кем. И о чём думаю.

Он шумно выдохнул.

Проняло.

— И о чём ты думаешь?

— О доверии. Послушай, няня мне рассказала, откуда ноги растут у этой истории. Видимо, матушке очень хочется, чтобы я стала графиней.

— А ты не хочешь?

Улыбаюсь и пытаюсь сделать говорящий взгляд типа, «ну какой ты у меня глупенький, конечно, не хочу!».

Но, кажется, не получилось.

— Я хочу жить спокойной жизнью с тобой. Граф должен жениться на себе подобной, и ему уже, наверное, нашли невесту, и признаться, я даже не помню его лицо. Пройду мимо и не узнаю. Зачем мне…

Савелий развернул меня к себе, обнял и прижал, наверное, решил до подписания воспользоваться своим брачным правом.

Смотрит в глаза. И чую, что он ревнивец, а я ревнивцев вообще ненавижу. И если этот факт сейчас подтвердится, то я уже одета, соберусь и уеду к матери.

Стоим, смотрим друг другу в глаза и молчим.

— Анна, ты совершенно другая.

— Да, и не скрываю этого. Или тебе нужна была глупенькая жена? А я теперь не оправдываю твоих надежд? Договор ещё не подписан, я могу уехать…

— К нему.

— Вообще, собиралась к родителям, но ты меня начинаешь бесить ревностью, — шепчу ему в лицо и ощущаю, как его заводит мой голос, слова, всё во мне. Не во мне, а в Анне, он её любит? Или хочет, что не одно и то же…

— Я не ревнивый, никогда не был. Но теперь…

Он сильнее прижал к себе, и наши губы вот-вот соединятся в жарком поцелуе, а учитывая мой безотказный период цикла и его горячность, то план срочно родить, реализуется гораздо быстрее, чем я задумала.

— А что теперь?

— Сложно объяснить, в нашем обществе женщинам положено быть наивными, глупенькими и красивыми. От вашей сестры никто не требует ума и силы, твоя красота поразила меня, и этого было достаточно. Но ты…

Улыбаюсь, няня абсолютно точно была права.

— Что я? — выдыхаю в его губы, заставляю сдаться. Но он крепче, чем казался. Не растаял.

— Обычно, стоило мне вот так тебя обнять, и ты начинала шипеть и не успокаивалась, пока я не отступал. Это невыносимо раздражало, и я вчера даже обрадовался, что наконец, решился на развод. А теперь в смятении, не понимаю, что дальше делать и как жить? Ты стала иной, но доверие так просто не вернуть.