— Давайте! Не сдаёмся!

Чему не сдаёмся, кто на нас нападает, мать вашу, что вообще происходит⁈

— В подвал! Быстрее, в подвал! — закричала за спиной женщина.

— Отходите! Давайте! — Тефея кричала прямо в ухо.

Дверь вздрогнула, и я почувствовал, как заскользили по полу ноги.

А потом меня кто-то схватил и швырнул назад. Пытаясь устоять на месте, я пошатнулся, нога нащупала пустоту, и, судя по тому, как я весело катился кубарем, собирая углы, меня только что спустили с лестницы. Сверху захлопнулась дверь. Или люк. Хрен знает, потому что я приложился затылком о камень и совсем потерялся во тьме.

Меня не смогли ушатать духи, но ушатала лестница, охеренно просто. Настоящие приключения небесного всадника, которого спустили по лестнице и которого победила не злобная тварь, а твёрдый пол.

Сука…

Во тьме я слышал чей-то плач, тяжёлое дыхание и всхлипы, не сразу поняв, что это не я отключился, а вокруг темно. Немного отлежавшись, я осторожно сел, потрогав затылок. Под пальцами была кровь. Уже хотел спросить, кто живой, когда в самом углу появился тусклый свет, разгоняя кромешный мрак. Тефея держала над головой камень.

— Кто с нами? — негромко спросила она.

— Я, — поднял я руку и огляделся. — И Ози.

— Мой хвост… — шмыгнула она носом. В глазах стояли слёзы.

— Я тоже здесь, — негромко произнёс глава стражи Алесор. В углу, не ответив, держала на руках и баюкала плачущего ребёнка женщина. Плюс ещё один стражник поднял руку, потирая голову. Ну он-то хотя бы был в шлеме.

— Что это было… — пробормотал я, не спеша вставать. Голова раскалывалась. Кажись, сотрясение поймал.

— Хессориун забирает людей, — тихо произнёс он, после чего прошептал: — Богиня Бешенше, убереги её, прошу тебя…

— Хессориун обосранный… — пробормотал я и всё же сделал попытку встать. — Мне на мгновение показалось, что там, в буре, кто-то бродит, если честно.

— Его стража, неспящая и не знающая покоя, — ответил Алесор. — Она здесь и нигде. Она приходит и берёт то, что положено, когда посчитает нужным.

— Короче, налоговая, я понял.

Что нам оставалось? Только ждать. Повторно выходить и встречаться с теми, кто мне накостылял, как-то не хотелось. Не факт, что второй раунд опять будет за мной.

Мы так и сидели в тусклом свете камня. Никто больше к нам не пытался прорваться, видимо, посчитав это нецелесообразным, хотя иной раз казалось, что кто-то ходит сверху. Так мы и просидели здесь, пока снаружи всё не пошло на убыль. Постепенно, всё тише и тише, после чего мы слышали лишь собственное дыхание и сердцебиение.

К тому моменту я уже ухлестал бутылочку зелья и пришёл в себя, чтобы внятно мыслить. И понятно одно ­— что бы не произошло снаружи, это уже позади.