Зеркало мы закопали буквально у самого подножия, куда постоянно надувало песок. Вырыли кое-как яму руками, сбросили его туда и засыпали обратно. По идее, здесь ему не должны были быть страшны барханы, которые перекатывались по всей пустыне.
После этого мы полезли в гнездо. Всё было как и в прошлый раз, разве что теперь я видел драконов, а они видели нас. Пришлось очень сильно постараться, чтобы отпугнуть одного и взять под контроль другого. И отдельное удовольствие было на нём лететь, так как было сложно зацепиться за чешую и ты постоянно соскальзывал.
Но меня это не беспокоило. Я уже предвкушал, как на моего нового друга отреагируют другие.
Глава 137
Как приятно оказаться вновь на драконе, а не маслать на своих двоих, утопая ногами в песке. Ози была права, он забился вообще везде, где только можно, что неимоверно бесит. И первое, что я сделаю, едва мы вернёмся — искупаюсь. Ну как только представлю своего нового товарища по ремеслу.
Кстати, Вольфган наслаждался полётом не меньше, чем я. Сидит, шлем снял, глаза прикрыл, разве что не улыбается, но это на его лице выглядело бы очень странно, я так скажу. Его рожа просто не предполагает такой непонятной мимики, как улыбка.
Караван мы заметили издалека. Он ещё не успел дойти до озера и, словно червяк, полз по пустыне, оставляя за собой длинный след. Завидев нас, что забавно, он точно так же свернулся в клубок, сбившись в кучу, и теперь напряжённо ожидал дальнейших наших действий. И лишь когда мы подлетели поближе, самая глазастая, а именно Ози, как небесная всадника, вышла вперёд, подняв руку в приветсвии.
Я сел поодаль, чтобы не было никаких эксцессов.
— Это твои друзья? — прогудел Вольфган, нацепив обратно шлем.
— Не все. Только двое. Они небесные всадницы, — ответил я и спрыгнул на песок, не отпуская контроля над драконом. — Только я сначала их подготовлю к такой новости, хорошо?
— Это которые? — спрыгнул он следом.
— Вон та агадарка и ещё одна, которая с повязкой на глазах.
— Серая? Ладно… — протянул Вольфган, явно для себя что-то решив.
Ну да, отчасти понимаю его реакцию. Я вон, восемь лет отсутствовал, и заметил, как мир изменился, а его целую вечность не было. Наверняка при Вольфгане всё было иначе, учитывая, что у них Драгондайн — это говночист, а все татуированные не иначе, как проститутки. Уверен, мы ещё какую-нибудь херню узнаем от него.
— Привет. Я вернулся, — улыбнулся я, когда мы с Ози сблизились где-то посередине между драконом и их караваном.
— Да я вижу, что вернулся, — она недобрым взглядом прищурилась, глядя мне за спину. — А это что за голем за твоей спиной?