— Сегодня я поборол одного советского самбиста, — сказал он. — Завтра поборю другого.
Хироши положил руку на плечо Кендзи.
— Пойдем, тебе нужно отдохнуть и подготовиться. Завтра тебя ждет самый важный поединок в твоей жизни.
Кендзи кивнул и последовал за своим наставником. Покидая спортивный комплекс, он чувствовал странное спокойствие. Он знал, что завтрашняя схватка будет невероятно трудной, но также знал, что он готов к этому вызову.
Глава 27 Непобедимый
Я стоял напротив Кендзи на татами, чувствуя, как адреналин пульсирует в венах. Огромный зал спортивного комплекса в Тегеране гудел от возбуждения. Трибуны были заполнены до отказа, флаги разных стран развевались над головами болельщиков. Воздух наэлектризован ожиданием.
Краем глаза я заметил Степаныча. Лицо напряжено, кулаки сжаты. Я понимал, как много значит для него эта победа. Да что там, она много значила для всей нашей команды, для всей страны. Но я не мог позволить этому давлению сломить меня.
Рефери, невысокий иранец с аккуратно подстриженными усами, вышел в центр татами.
— Борцы, готовы? — спросил он на английском.
Мы оба кивнули. Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
Свисток прозвучал, и я мгновенно пошел в атаку. Мышцы работали как хорошо смазанный механизм, когда я попытался провести бросок через бедро. Я чувствовал, как тело Кендзи начало отрываться от ковра, и на долю секунды подумал, что все закончится быстро.
Но я недооценил японца. Каким-то невероятным образом он извернулся в воздухе, используя какую-то технику уклонения, которую я раньше не видел. Мой бросок не удался, и мы снова оказались в стойке.
«Черт!» — выругался я про себя. «Этот парень действительно хорош».
Я отступил на шаг, переоценивая ситуацию. Кендзи стоял напротив меня, его темные глаза внимательно следили за каждым моим движением. Я понял, что это будет долгий и трудный бой.
* * *
Кендзи чувствовал, как его сердце колотится в груди. Атака Волкова была молниеносной и мощной. Если бы не годы тренировок и отточенные до автоматизма движения, он бы уже лежал на лопатках.
— Отлично, Кендзи! — услышал он голос Хироши с края татами. — Продолжай двигаться!
Японец кивнул, не сводя глаз с Волкова. Советский самбист был настоящим хищником — каждое его движение излучало силу и опасность. Кендзи понимал, что не может позволить себе ни секунды расслабления.
Он сделал глубокий вдох, вспоминая все, чему его учили. «Используй свою скорость и гибкость,» — говорил ему Хироши. — «Не давай ему захватить инициативу.»
Кендзи решил рискнуть. Он сделал ложное движение влево, заметив, как Волков напрягся, готовясь к атаке. Затем, в последний момент, он резко сменил направление и попытался провести учи мата — подхват изнутри.