Уши, что примечательно, у колдуна были обычные. Бастард, или простолюдин.

— Здравствуй, Виктор. Ты меня изрядно утомил.

— Рад стараться.

— Предлагаю сразу перейти к делу. Мой капитан, должно быть, наплёл обо мне всяких небылиц? Обычно он любит так делать, это сильно развязывает языки. Потому что большая часть небылиц — правда.

— Очень театрально, — кивнул я и поморщился, — Чем обязан этой встрече?

— Всё просто, Виктор. Мне приказали тебя убить. Но перед этим я попрошу ответить на несколько вопросов.

— И зачем мне это? Чтобы не страдать? Думаю, вам проще сразу выудить информацию из меня, минуя ложь, оговорки и неточности. Я вообще не понимаю, почему мы разговариваем.

— И тебя это не удивляет?

— Весьма, так что пожалуйста, утолите моё любопытство. Раз уж умирать так и так придётся.

Он несколько раз кашлянул, и я понял, что это смех. Странный парень…

— Итак, кто ты, Виктор? И прежде чем ты начнёшь перечислять свою родословную, я предупрежу — подумай хорошенько…

Я глотнул. Ситуация — хуже не придумаешь… И время нужно потянуть, но зачем? Я никак не освобожусь!

— Виктор!

— Да, прости. Я не знаю твоего имени, это сбивает с толку.

— Вижу, ты всё же решил поиграть… Что ж, твой выбор…

Он приблизился и посмотрел на меня своими мутными глазами.

— Зря.

— Нет-нет, подожди! Я всё расскажу! Расскажу! Ты спрашиваешь, кто я? Я — пришелец.

— Кто?

— Я… Я родился не в Элларии. Не на этом континенте, и не на другом. Вообще… в другом мире.

— Я знал… — прошептал менталист, — Знал… И много вас таких?

— Двое.

— Лжёшь.

— Я знаю только о себе и ещё одном!

— Снова лжешь!

Колдун, у которого раскраснелось лицо, положил руку мне на лоб, но тут же поморщился и указал своим солдатам на ошейник.

— Уберите. Накиньте ему что-нибудь на голову, и снимите эту дрянь. Остальное я сделаю. А ты, Виктор, даже не думай дёрнуться. Не успеешь, но за это я с тебя спрошу втройне, понял?

— Понял.

На голову набросили какое-то тряпьё, а затем я почувствовал на шее мощные пальцы и услышал, как в ошейник вставляется ключ. Мгновение — и в крови вновь забурлило электричество, да так мощно что я, не раздумывая, жахнул им перед собой, выпустив прямо из груди.

Это было очень больно…

Послышался дикий крик боли, ругань, а в следующую секунду меня сильно ударили по лицу.

— Аккуратнее!

Ещё удар, и ещё один — по рёбрам.

Они не помешали сконцентрироваться, и я ударил электричеством ещё раз, тут же пуская заряд по рукам и ногам. Путы рассыпались пеплом, а я, стараясь пересилить невероятную боль отката во всём теле, рухнул на землю и засучил руками, пытаясь сорвать с головы мешковину.