Как только оружие показалось во всей красе, юная аристократка мигом забыла о ситуации, в которой находилась, и начала с любопытством рассматривать дар богов в моей руке. Особенно ее заинтересовала выделка — хитрая вязь по всей длине посоха, и руны богов посередине.

Видя эту по-настоящему детскую непосредственность, я просто протянул девушке оружие, предлагая взять посох в руки и самой ознакомиться с оружием.

Айрин недоверчиво посмотрела на меня своими большими черными глазами, но посох из моих рук приняла. Девушка сильно нервничала и я боялся, что она сейчас уронит его себе, или того хуже — мне, на ногу. Но она справилась и, как только артефакт оказался в ее ладонях, принялась медленно крутить его, рассматривая с особым тщанием.

— Вот тут руны моих богов-покровителей из числа Семи, — через некоторое время негромко сказал я, когда осмотр дошел до середины посоха, указав на темные руны пальцем. — Это руна Воина, рядом с ним Сидира, после — Софа и, наконец, руна Энжи.

— Чья? — не поняла девушка, а я прикусил язык.

Дурак! О том, что Энжи — это земное воплощение Калиты, кроме меня четко знала только Лу, а Орвист — лишь догадывался.

— Калиты, я оговорился, конечно же Калиты, я хотел сказать руна покровительницы Энжи — моей подруги-барда.

Но мои объяснения девушке уже были неинтересны — она продолжила инспекцию артефакта, осторожно водя пальчиком по выгравированным лично Сидиром рунам.

Меня охватило как-то приступ непонятного ребячества. Не забирая посох, я обхватил артефакт рядом с ладонями девушки, почти касаясь ее рук, после чего опустил барьеры и на секунду наполнил оружие ментальным конструктом.

Посох в наших руках коротко сверкнул фиолетовым и тут же погас, от чего Айрин тихо ойкнула и выпустила артефакт, сделав шаг назад.

— Так значит, барон Тинт, и эти слухи правда? Вы маг? — медленно спросила дочь де Гранжей.

Сейчас, когда барьер был опущен, меня захлестнуло эмоциями девушки. От былого смущения не осталось и следа: она была целиком и полностью, как наивный ребенок при виде диковинной игрушки, поглощена видом артефакта в моей руке. Немного перепадало и мне. Я ощущал интерес, направленный и на мою персону, но какого именно рода, разобраться так и не смог. Слишком сбивчивы и перемешаны были сейчас мысли и чувства Айрин.

Удовлетворенный произведенным эффектом, я разбудил в своей душе немного гнева и ярости — это было несложно, боль от предательства Лу и смерти Илия тихо точили мою душу изнутри — и взмахнул посохом прямо перед собой, демонстрируя кроме фиолетового свечения конструкта еще и полыхнувшую красным руну Пала.