— Давай, Семён Семёныч, графинчик водочки и обедать будем.

Событие шестнадцатое

На днях сдавал тест на наркотики, и он оказался отрицательным.

Теперь нам с дилером есть о чём поговорить…

— Ты стал часто занимать крупные суммы денег, что с тобой? Наркотики, азартные игры?

— Нет, счета за коммунальные услуги.

Первой мыслью забредшей в пустую голову было…

Нет, не: «Как попал в тамбур вагона»? Да, даже не: «Пора валить отсюда»! И не: «Чего это за мужик такой, и что ему надо было»? Мысль бы неожиданной. «Откуда взялся песок в руке»?

Брехт открыл правый глаз, почему-то показалось, что так правильно будет. Тайга зелёная за окном и солнце пробивается сквозь не стройные опортунистические ряды облаков. Лучи, то врываются через дальнее окно в тамбур, то исчезают заслонённые облаками или вековыми соснами. Вот, не зря один глаз открыл, пол вокруг него и почти везде в грязном, забросанном окурками тамбуре был покрыт голубым песком. Во как, не просто песок в руке оказался, а голубой песок.

Словно, чувствовал, что не надо открывать второй глаз. Открыл и увидел, что он точно не в удобных чёрных джинсах и роскошном свитере с кожаными вставками и карманами, а в каких-то залатанных ватных штанах и таком же залатанном, а теперь ещё и прорезанном на боку жиденьком ватничке. Кроме прорехи ещё и коричневое грязное и ещё влажное пятно. Кровь? Ранен что ли? Так не чувствует ни боли, ни неудобства. Чертовщина. Иван Яковлевич не поленился, расстегнул пуговицы, пришитые разноцветными нитками к серо-зелёному ватнику, и задрал рубаху, вообще без пуговиц. Что-то типа солдатской нательной времён войны? Ни каких ран. Стоп, а что за родинка. Хреново — Ренова. Если появляются, новые родинки, да ещё такие большие, то это говорит о том, что рак наступает. Что за жизнь-то, то Ковид, то болото, то мужики вонючие с поезда выбрасывают, теперь вот и рак ещё. Сдохнуть бы уж быстрее! И то ведь не получилось, вон, достали из болота. Только зачем в поезд посадили. Ну, хотя, может, и правильно. Жена ведь за охотника мстить будет, а у неё связи в Москве ого-го.

Нет, всё это в цельную картину не складывалось. Вернуться нужно к голубому песку. Иван Яковлевич подцепил почти под ноль обрезанным ногтём песчинку. Во, твою на лево, и ногти ему подстригли! Поднёс после разглядывания чужой какой-то худой руки песчинку ко рту, решил на вкус исследовать. Ничего умнее в голову не пришло. Лизнул. Словно током слабым ударило, не больно, а кисленько, так, словно из детства ощущение, когда пробовали пацанами контакты батарейки на 4, 5 вольта. Пощипывает и чуть кисленько, и чуть жжётся. Такой вот у электричества вкус. А ещё волна по голове прошлась. Непонятно. Брехт подобрал несколько песчинок и, положив их на ладонь, лизнул. Волна прокатилась чуть сильней и появилась мысли проверить карманы трофейного пиджака, да и избавиться срочно от него. Песок для прояснения мозгов? Чего делать научились, проклятые китайцы. Стоп. А не наркотик какой?