— Обучены. Чему-чему, а этому обучены. По разговорам с водителем ясно. Я так им и скажу, и сам спящим претворюсь. Только пусть он машину заправит, а то мне там разговаривать придётся, с моим немецким меня запомнят, — Брехт, надел штаны и стал пальто коричневое свое волшебное, счастливое надевать.
— Хорошо. Всё, Иван Яковлевич, прощайте, при Вилли обниматься не будем. Надеюсь, благополучно доберётесь, и затеянная вами авантюра принесёт России и Германии пользу. Выходите. Жду вас на дворе возле машины. Да, чуть не забыл. Вот вечерние берлинские газеты. Карл обнял Брехта, похлопал по спине и, вынув из кармана пальто, сунул ему в руки несколько сложенных в несколько раз газет.
Пацаны с сумками стояли уже у дверей. Вытолкал их Иван Яковлевич на двор и, вздохнув, как никак новая страница жизни начинается, тоже вышел на улицу. Энгельгардт разговаривал с вышедшим из их танка, по ошибке обозванного «Опелем», невысоким молодым человеком в полицейской форме. Это плюс. Если за рулём сидит полицейский, то по крайне мере до Франкфурт-на-Одере у них точно проблем не будет. Своих не остановят.
Всё, пожали руки и полковник сел на переднее сидение «Мерседеса».
— Хорошая у вас машина, новая почти и мотор отлично отрегулирован, с ветерком помчим, дороги ночью пустые, гони с любой скоростью, — не зря Карл предупреждал, полицейский Вилли оказался словоохотливым. Да и молодость.
— Угу, — буркнул Иван Яковлевич, — можно я посплю? Устал.
— Конечно, конечно, господин …
— Отто фон Штиглиц.
— Спите, господин Отто, не буду вам мешать, — парень отпустил сцепление и автомобиль плавно понёс их к польской границе.
Глава 26
Событие семьдесят первое
Муж и жена толкают автомобиль к автосервису. Муж говорит:
- И все-таки тот тип, который продал нам эту колымагу, в одном точно был прав…
- В чем именно?
- Эта машина на самом деле почти не расходует бензин.
Они не успели. Чуть-чуть. Саму малость. И ведь замечательно всё начиналось. Выехали из Берлина и почти под сотню километров в час мчались к Франкфурту-на-Одере. Брехт и, правда, заснул, как только из города выбрались. Укачало. Дорога не плохая, без ям и кочек всяких, но по горизонтали не выровнена, то верх, то вниз. Так и укачало. Проснулся Иван Яковлевич от остановки. Даже двигатель перестал рычать.
Вилли выбирался из машины. Брехт пошевелился. Полицейский заметил и приветливо улыбнулся.
— Просыпайтесь, герр Отто. Всё, дальше сами. Это заправка на выезде из Франкфурта. Сейчас я вашу замечательную машину заправлю и канистру наберу. А вы вот по этой дороге потом и езжайте, — парень махнул рукой в ту сторону, где над горизонтом уже показался краешек Солнца. Весь восток при этом окрасился в красно-оранжевые тона, — Хороший день будет. Тепло, на небе ни облачка.