Несмотря на то что в комнате было прохладно, если не сказать холодно, де Горт спал раздетым по пояс, провокационно светя мускулистым торсом, лентами шрамов — последствиями вчерашнего испытания (к счастью, раны на хальдагах заживали, как на собаках) и своей шикарной татуировкой на плече, до которой безумно хотелось дотронуться.

Я даже облизнулась, борясь с искушением это сделать. И тут же испуганно напряглась, осознав, что снова голодна. А вдруг я его… того? К счастью, после беглого осмотра Стального пришла к выводу, что он живой, почти здоровый и лично мной ни разу не укушенный.

Это радовало. И успокаивало.

Правда, недолго я радовалась и успокаивалась. Не успела опуститься обратно на подушки, чтобы прикинуться трупиком — существовал шанс, что, проснувшись и увидев, что я все еще сплю, де Горт не станет сразу набрасываться с вопросами, — как в голове раздалось протяжное и зловещее «гр-р-р».

Я тут же приподнялась на локтях и увидела сидящего возле кровати Морса, мрачно-грозного. Смотрит так, будто мечтает повторить сцену с жеребчиком, только на этот раз мне отведена роль вкусной жертвы.

«Значит, так, пришлая, — поняв, что его заметили, строго начал вейр. — Вчера ты меня поставила в очень неудобное положение. Если бы я тебя не спас, тебя бы раскрыли, и Мэд тогда бы уже точно лишился пятой наины. Он ведь как честный и порядочный хальдаг, узнав правду, обязан был бы…»

— На мне жениться? — шепотом предположила я и покосилась на спящего жениха.

«Нет, убить тебя, цыпа. А нам этого пока не надо».

— Пока? — еще тише переспросила я, ежась под демоническим взглядом.

«Пока, — невозмутимо подтвердил вейр и продолжил портить утро своими запугиваниями: — Но если ты продолжишь мне врать или недоговаривать, наши с тобой отношения окончательно испортятся. А тебе оно, поверь, не надо. И так было ясно, что у тебя рыльце в пушку, но после вчерашнего… В общем, я окончательно в тебе разочаровался. Как Мэд проснется, ты ему все расскажешь, а я послушаю и решу, стоит ли нам с тобой дружить дальше».

С этими словами он улегся перед кроватью, давая понять, что ни он, ни я не сдвинемся с места, пока я не исповедуюсь хальдагу. Не расскажу ему все, что знаю о полуночном госте и той мутной истории, в которую вляпалась с его подачи.

Вот только я с жеребчиком толком не знакома, да и о его хитромудрых планах осведомлена не была. Ну да ладно, расскажу, что знаю, а если герцогу покажется мало, скажу, что в детали меня не посвящали, да и вообще я редко с ним общалась.

Что было в общем-то чистейшей правдой.