— Проходите, Матис, последите за нашей с леди Адельвейн партией, — велел ему король.

— Вы играете в шахматы? — Похоже, д’Энгиен никак не мог поверить в реальность происходящего. — С леди Адельвейн?

— Вы поразительно догадливы, граф! — раздраженно бросил монарх, которому явно не нравился новый сценарий праздничной ночи. — Наша очаровательная наина опасается, как бы я не воспользовался чарами, чтобы выиграть эту партию. Немыслимо!

Еще и возмущается. Истинный гаденыш, вот честное слово! Даже без всяких чар Рейкерд теперь лидировал, я же находилась на волосок от гибели.

Так что соберись, Лиза! Перестань ныть и играй так, как если бы от исхода этой партии зависела твоя жизнь! В какой-то степени она и зависела — без Мэдока мне на Шаресе придется совсем несладко, я бы даже сказала, горько и кисло. Но сейчас мое будущее было последним, о чем я думала. Все мысли были заняты вожделенной победой и желанием, которое я так отчаянно надеялась загадать.

Для души и морального удовлетворения.

Партия продолжалась. Несмотря на то что в спальне не было жарко, я уже вся взмокла. От напряжения и страха, что, сколько бы ни убеждала себя в обратном, в итоге все равно проиграю. Матис внимательно следил за игрой, и я тоже не теряла бдительности, но никаких колебаний воздуха больше не происходило. Вейр молчал, лишь изредка швырял в меня приглушенным ругательством, но я больше не обращала на него внимания.

Все мои мысли занимал король. Не тот, что сидел передо мной, а тот, что поблескивал в неровном пламени свечей агатовыми инкрустациями. Как же мне к тебе подобраться, красавчик…

Теперь Рейкерд осторожничал. Долго думал над каждым ходом, и я тоже использовала это время с пользой. Просчитывала, отметая вариант за вариантом, и с замиранием сердца ждала его следующего шага.

Хальдаг нервничал: между моей королевой и его зажатым в углу королем оставалась незначительная преграда — пешка, искусно украшенная агатами. В сторону не рыпнуться — там его мог настичь мой оставшийся в живых конь. К тому же сейчас был мой ход. И я, сделав вид, что разволновалась, поспешила, выдвинула вперед королеву, забирая себе его пешку.

— Очень неразумный шаг, дитя, — глумливо улыбнулся правитель и, не дав себе времени на раздумья, другой пешкой убил моего ферзя. — Теперь вы остались без королевы.

— Она мне больше не нужна, — ответила я, выдвигая вперед свою пешку, которую, казалось, он только сейчас заметил.

По крайней мере, смотрел на нее, широко распахнув глаза и явно задаваясь вопросом, а не иллюзия ли это.

— Шах и мат, ваше величество. — И чтобы он уже окончательно в этом убедился, великодушно ему пояснила: — Вперед и в сторону вам нельзя — не позволит моя верная лошадка. И пешку вы съесть не в состоянии — ее страхует ладья. А больше вам некуда податься. — Не способная скрыть радость, улыбнулась монарху, застывшему каменным истуканом. — Оказывается, и такое бывает: маленькая слабая пешка способна предрешить исход партии и уничтожить короля.