— Закончили что? — резко спросил де Горт.

— Играть в шахматы. — Понимая, что пора прощаться, я перевела взгляд на монарха и с максимально искренним почтением, которого у меня к нему и в помине не было, уточнила: — Ваше величество, могу я надеяться, что вы сдержите слово и маркиз Доун пройдет через очистительный огонь?

— И чем же вам так не угодил маркиз Доун, леди Адельвейн? — криво ухмыльнулся Рейкерд.

— Во время танца он оттоптал мне все ноги и повредил розетку на правой туфельке. — Я обиженно надула губы, вздохнула горько, всем своим видом показывая, как меня расстроила неуклюжесть Рагнера Доуна.

А потом услышала яростное рычание Каменного монарха:

— Вон! Все! Уходите!!!

— Но мое желание…

— Пойдем, Филиппа. — Мэдок подхватил меня под руку и буквально выдернул из королевских покоев.

Следом за нами вышли советник с камергером и Матис. К ним я и бросилась, не собираясь сдаваться.

— Я победила, и клятва не может быть нарушена. Вы же сами были свидетелями!

Если что — их тоже загрызу. Я сейчас была настолько зла, что вполне могла вернуться обратно, чтобы нафаршировать мерзавца-короля шахматами.

— Успокойтесь, леди Адельвейн, клятва действительно не может быть нарушена, — обнадежил меня старший лорд. — Маркизу придется пройти через очистительное пламя, хоть он этому вряд ли обрадуется.

— Его чувства меня не особо занимают.

Договорить мне не дали. Снова схватив меня за руку, Мэдок бросил что-то вроде:

— Извините нас, — и потащил меня за собой.

Ладно хоть Матис решил составить нам компанию, потому что мрачный вид де Горта не сулил мне ничего хорошего.

— Я хочу знать, кто и кому в чем клялся и почему Рейкерд был вне себя от гнева.

— Мы с ним играли на желания. Сначала он мухлевал, но потом я попросила позвать Матиса, и его величество исправился, а я у него быстренько выиграла.

Стальной так на меня зыркнул, словно знал более удачную кандидатуру для фаршировки шахматными фигурами. Был знаком с ней лично и… достаточно близко.

— И это все? — не выдержав, спросила я.

— Что все? — глядя куда-то перед собой, глухо бросил де Горг.

— Эта вся твоя реакция?

— Вообще-то она уровняла ваши с Доуном шансы, — вставил душка-граф. — Можно сказать, спасла тебя.

За что Стальной и на него нарычал:

— Не лезь, Матис.

— Ты чего яришься? Наоборот, должен радоваться и…

— Я сказал, не лезь! — рыкнул герцог так, что у меня даже коленки затряслись, и настроение с небес свалилось в топи Зачарованного леса.

Если честно, я ожидала от него немного другой реакции. Нет, то, что он не станет рассыпаться в благодарностях, — это и шварре было понятно. Но одним скупым «спасибо» хотя бы мог поделиться?