В отличии от меня, вцепившегося в свою еду двумя руками, Кэтрин спокойно справлялась и с бутером, и с оставшимися бумагами.

— Теперь контракт, — она тоже использовала мой танк как столешницу. — Между Виктором «Виком» и муниципалитетом на выполнение работ на городском объекте «свалка». Значит так, тебе надо будет сначала вон ту кучу передвинуть во-он туда, а потом сгрести отвалом всё, что останется, влево…

Попеременно тыкая ручкой в объект на местности и в бумагу, Кэт прямо при мне заполнила список работ. Просто и наглядно.

— … Со своей стороны муниципалитет передаёт топливо, плату по часам по оговоренному тарифу. Исполнитель предоставляет мото-часы собственного технического оснащения… что там у тебя? Нет, я вижу, что ТэТэПэ-шесть, только модификация какая? Триплекс водителя по центру не стандартный. Ты сам не в курсе, что ли?

Мне оставалось только виновато пожать плечам и скорчить соответствующую гримаску, одновременно дожёвывая сэндвич.

— Мой тебе совет: решил заделаться искателем — бери в муниципальной библиотеке каталоги и заучивай, для того они там и лежат. Меньше неприятных сюрпризов будешь из земли доставать, — поучительно попеняла мне хозяйка свалки. — Пошли, глянем, что там… Ого! Ну-ка, откидывай моторные жалюзи!

Внимание Кэт привлекло вынесенное вверх и влево круглое отверстие в корме, забранное решёткой с поворотными пластинками. Сейчас механизм находился в положении «закрыто». Я с усилием проглотил последний кусок бутерброда и полез на броню. А что было делать?

Давать доступ к силовой установкемоего танка постороннему человеку очень не хотелось, но от доброжелательного настроя Кэтрин слишком много чего зависело. Начиная с обеда и заканчивая принципиальной возможностью зарабатывать в этом населённом пункте и дальше. Память Стали дала мне знание языка и помогла научиться более-менее управлять танком, за что ей огромное спасибо! Но этого для выживания в напрочь незнакомом месте слишком мало. Я впитывал щедро лившуюся информацию как губка, но пока я слишком мало увидел и услышал. Значит, артачиться не следовало.

— Вот, — запоры расположенного за башней капота удалось скинуть, не опозорившись. И, к счастью, я вчера ночью каким-то чудом не закрасил их насмерть, потому что краска «для военной техники» к утру уже застыла. Кстати, легла довольно ровно, несмотря ни на что: видно, военная химия и была изначально рассчитана на криворуких усталых танкистов с кистью времён царя Гороха.

— Так я и думала! — сопровождавшая меня дама азартно ткнула в длинную странную трубу переменного диаметра, всю облепленную маленькими трубками. Она располагалась слева от узнаваемого блока цилиндров силовой установки. — Вертолётная турбина! ТэТэПэ-шесть У, то есть «Удар». Он же «Открывашка», он же «Зажигалка», легендарный «летающий» тяжёлый танк прорыва! Девяносто пять километров в час по пересечённой местности! Говорят, в лучшие свои годы такая машина по косогорамскакать могла, как гоночный мотоцикл! Царцы их ненавидели даже больше, чем боялись! Правда, чтобы на нём активировать гибридный режим с наддувом и сочетанной работой агрегатов, кроме дизеля ещё авиационный керосин нужен, а его теперь днём с огнём не найдёшь. Да и хорошо, наверное: говорят, убиться на них было даже проще, чем сгореть… Но я бы рискнула, да!