Ещё минут двадцать помещение заполнялось. Последние прибывшие уже спешили, и, по моим прикидкам, в общей сложности собралось человек пятьдесят. Судья появился из дверей в противоположном конце зала, за ним следовало ещё несколько человек, включая пару автоматчиков в уже виденной на входе форме. В целом, ничего необычного, но…

Вид человека, олицетворяющего правосудие, едва не заставил меня громко хрюкнуть вслух! Насилу сдержался:оранжевый жакет, как рисуют у лепреконов, цилиндр на голове и вовсе один-в-один по цвету, голубые бриджи сколготками , а на ногах чёрные туфли с огромными начищенными до блеска пряжками!

К счастью, мне в голову вовремя пришло соображение, что судейские мантии нашего мира — тоже просто средневековая одежда, перешедшая в символ профессии. Тогда я смог выдохнуть и вновь настроиться на серьёзный лад. Ровно до того момента, когда судья снял с правой ноги туфлю и коротко постучал ею по кафедре перед собой.

— Суд идёт!

Как же хорошо, что я сразу забился в угол и никто не видел моего лица!

— Рассматривается дело номер… «О преступном превышении выданных полномочий и прямых разбойных и иных действиях, совершенных группой охотников за головами Ганса, позывной 'двадцать три-Хан». Введите подсудимых.

В этот раз на каждого охотника приходился один автоматчик: смутно узнаваемых мною членов банды расставили вдоль торцевой стены, рядом с каждым застыл его персональный надсмотрщик — да плюс ещё на всех подсудимых красовались наручники. Я даже не сразу понял, почему судейские охранники так странно держат оружие: у груди, стволом наискось вверх, рука на скобе спускового крючка и повернув корпус тела градусов на тридцать к «своему» обвиняемому. Только прикинув траекторию возможного выстрела, я оценил задумку: пули в таком раскладе, пройдя тела охотников, безопасно застрянут в деревянных панелях потолка. Вот это я понимаю — профессионализм!

— Сейчас секретарь суда будет зачитывать обвинения, присутствующие здесь обвинители должны подтвердить их или сообщить о допущенной ошибке, — разово стукнув каблуком, объявил судья.

И началось: после формулировки назывались имя и позывной, из зала вставал очередной обвинитель, говорил «подтверждаю свои слова для высокого суда». Я машинально считал, скольким жителям Релейного охотники умудрились подгадить, и только диву давался: проникновение со взломом, кражи, шантаж и вымогательство. Ну просто полный набор! Чистые мерзавцы, пробу негде ставить. Как только сдержались, не изнасиловали никого?

После двадцатого вызванного я, отвлекшись, сбился со счёту, и едва не прозевал: