Это сновидение приснилось двадцативосьмилетнему мужчине – накануне вечером он познакомился с женщиной, которая совершенно его очаровала. Часть ночи он провел, выстраивая фантазии об отношениях с этой женщиной: он представлял себе, как встретится с ней в следующий раз, что он хотел бы ей сказать. Он представлял ее визуально, пытался припомнить ее образ. Он видел себя с ней в различных ситуациях как пару, пытался придумать, какие между ними были бы разговоры, какие ласковые слова он нашел бы для нее, а она – для него... Когда он, наконец, заснул, ему приснился пересказанный выше сон, который глубоко его взволновал и озадачил. Особенно тронула его эта пара, которая казалась ему божественной и в то же время человеческой. Но больше всего его очаровали даже не отдельные образы, которые при пробуждении были несколько размытыми, а их взаимодействие друг с другом. Это выражается и в его описании. «Единство», «единение» обоих и то, как они «вместе отдавались одному делу» – вот слова, которые он подчеркивал, описывая свое впечатление от сна. В своих ассоциациях он повторял: «У меня было ощущение полноты, поэтому я не хотел просыпаться. «Полноты» и в то же время «тайны». Эта пара означает для меня чарующую тайну, она обладает возможностью показать мне нечто совершенно новое в моей жизни. Я могу узнать нечто новое, что выходит далеко за рамки того, что я переживал до сих пор».

Уже в самом образе переправы через реку, на новый берег, выражается то, что вместе с этой парой он мог узнать нечто совершенно новое. А в эмоциональном состоянии очарованности этой парой – которое побуждало его сказать, что это боги, спустившиеся к людям, – так же ярко выражен аспект трансцендентного, аспект выхода за пределы повседневной жизни.

Эта пара не напомнила ему о его ночных фантазиях, которые он развивал перед тем, как увидел это сновидение: паромщица не была похожа на ту женщину, которая так очаровала его накануне, по крайней мере, он сомневался в этом. Да, ему хотелось бы быть похожим на молодого мужчину из сновидения, который одновременно казался и мудрым, и находчивым человеком. Но он совершенно не выглядел таким же усердным, каким часто бывал сновидец в повседневной жизни, скорее мужчина был мечтательно-задумчивым и в то же время ловким и очень «живым».

Таким же «живым» сновидец чувствовал себя с тех пор, как познакомился с этой женщиной. Ему хотелось суметь прожить отношения так же, как те двое были сосредоточены на своем деле; это был его идеал. Но те двое в сновидении были необыкновенными людьми, если их вообще можно было назвать людьми, а он вовсе не был таким необыкновенным. Они, видимо, представляли собой один из его высоких идеалов.