Ну хоть не попыталась убежать, и на том спасибо. Не представляю, как бы это выглядело, если бы я за ней бегал по двору и пытался поймать. К тому же, я не исключал того, что она могла бы и обратиться, чтобы прорваться. И всё ради чего? Из-за того, что Диор выбрал плохую пару или выбрал не того, кого для него готовили?
— Мам? — негромко позвал я.
— Что случилось, Тэйлон? Опять бегаешь за мной хвостиком? — грустно, иногда всхлипывая, ответила мать. — Или следишь, чтобы я не убежала?
— Слежу, чтобы не убежала.
— Спасибо за честность, Тэйлон, — тихо ответила она. — Не бойся, не убегу. Бежать-то и некуда ведь.
Я стоял у неё за спиной, чувствуя себя каким-то надзирателем, если честно.
— Почему ты так убиваешься насчёт Диора?
— Убиваюсь насчёт своего родного сына, которого родила, кормила грудью, растила и воспитывала? — посмотрела она на меня, и, несмотря на грустную улыбку, глаза были абсолютно мокрыми. — Разве ты не хочешь счастья своему брату?
— Может быть он счастлив, — пожал я плечами.
— Может… Любая мать хочет для своего ребёнка только одного — счастливого будущего без невзгод и туч неприятностей. И тем не менее, я вижу, как Диор продаёт своё будущее, распродаёт свою жизнь ради того, чтобы… чтобы расплатиться с долгами? Образовать союз? Или отомстить? Как бы то ни было, он так рискует…
— Но вы бы сами нашли ему пару, разве нет?
— Но мы бы нашли ему подходящую пару.
— Подходящую для кого? Для вас?
— Для него! Чтобы его будущее было безоблачным и безопасным! А он связывает себя узами с какой-то сумасшедшей девкой из грядного рода прихлебателей, обманщиков и торгашей, которые не стоят и его пальца! И мало этого, он сам подставляет себя!
— Он делает это ради выгоды. Вы бы женили его тоже ради выгоды рода, разве нет?
— Но это была бы хорошая девушка из прекрасной семьи.
Как Милена.
Но, естественно, я промолчал. Ведь это другое. А я всё равно не мог понять, из чего мать исходит. Она хочет счастья своему сыну, но в то же время без зазрения совести подобрала бы того, кого считает нужным, а не кто ему нравится. Просто распорядилась бы судьбой, не оглядываясь на самого сына. Или она исходит из мнения, что матери виднее, что лучше для сына?
Судя по всему, так оно и есть.
— Идём, мам, может ещё успеем увидеть, как они надевают кольца.
— Я не хочу этого видеть, — вдохнула она.
— Может Диору виднее, что для него лучше, не думала? Может ему будет лучше с тем, кого он выбрал, а не вы.
— Диор выбрал её, чтобы поучаствовать в опасной игре, Тэйлон. Он заклеймил себя, и теперь большинство великих родов юга, что есть, будут видеть в нём предателя. Может быть и так, может он сделал так, как лучше для него, но он навсегда сделал себя в глазах других изгоем, когда это станет известно. Я злюсь не потому, что Диор сделал как захотел, мне просто страшно за него, что это сильно отразится на нём и его будущем. И мне страшно за тебя, что ты будешь тоже втянут в это. Страшно за вас обоих, потому что я вас слишком сильно люблю.