Это же вервольфы.
Понимание пришло довольно быстро. А вместе с ним и догадка, кого я сейчас перед собой вижу. И одновременно с этим огромный волк, а вернее, волчица начала обращаться.
Встав на задние лапы, волчица начала неестественно дёргаться, будто её ломало изнутри, и, судя по хрусту костей и суставов, так оно и было. Тело волчицы неестественно дёргалось, руки и ноги сгибались под странными углами, уменьшаясь, шерсть опадала на землю. На моих глазах она становилась всё меньше и меньше, пока не приобрела нормальный вид (если таким можно было назвать её размеры).
— Мам?.. — прохрипел я голосом, которого и не было.
Передо мной стояла Энна, которую я уже по привычке называл мамой. Обнажённая и, надо отдать должное, стройная со всем необходимыми формами, особенно верхними, которые выглядели, как минимум, завораживающе. Не будь сейчас мороза, у меня бы встало.
Хорошо, что мороз, а то было бы совсем уж неловко.
Вместо ответа мама бросилась ко мне с завидной прытью, упала на колени прямо передо мной, схватила и прижала к себе мое тельце к себе. Именно тельце, так как по сравнению с ней я был тростинкой. И я не мог сказать, что мне было неприятно, так как меня редко так искренне приветствовали. Невольно я даже обнял её в ответ, хотя это и было странно. Не моя она мать, но я чувствовал какую-то ответную реакцию к ней, хотя пробыл в этом мире меньше года.
Волк… волчица? В любом случае, другой вервольф стоял в стороне, не сводя с нас взгляда. Быстро прикинув, кого я ещё мог знать с таким цветом меха, на ум пришла только Юнона. У неё единственной волосы были серебряного цвета. Только мне было тяжело представить, чтобы её пригласили меня искать. Скорее кто-то другой.
— Ты как? — тихо спросила мать, продолжая меня прижимать к себе.
— Хреново, — честно признался я. — Меня словно побили.
Она немного отстранилась, разглядывая меня. На её глазах я заметил отблески слёз.
— Это твоё первое обращение, — тихо сказала она. — Теперь ты тоже дикий, Тэйлон. Один из нас.
— А до этого не был?
— Был, глупый, но ты единственный, кто не обращался. А теперь все… ну, кроме отца, естественно, дикие. Только жаль, что в столь неудачное время всё случилось.
— Что произошло?
— Позже, всё позже. А пока давай спать. Завтра на утро выдвинемся домой.
Я красноречиво перевёл взгляд на волчицу позади неё.
— Это Юнона, — ответила мать, не оборачиваясь, правильно меня поняв. — Я попросила её о помощи, так как поймать тебя оказалось непросто.
— Это…
— Достаточно вопросов, — в её голосе проскользнули командные нотки. — Всё завтра.