которое у нас на глазах пошатнулось и грозило совершенным падением. Она с нечеловеческой силой потащила меня в соседнюю комнату. Надо мной, передо мной и под моими ногами все валилось в диком хаосе, летели сломанные балки и треснувшие стены. Затем раздался страшный треск и перед нами раскрылась зияющая пропасть, где были погибель и смерть. Нам удалось, однако, счастливо и вовремя перебраться в соседний дом, прежде чем в первом провалился под нами пол. Мы избегли погибели, и Сесиль каким-то чудом нашла единственный путь к спасению. Я посмотрела наверх и с ужасом увидела среди обломков человека, висящего над пропастью, зацепившись рукой за балку. Недалеко от него на куске уцелевшего пола, который еще не отвалился от стены, находился другой человек, в котором я тотчас же узнала, несмотря на то, что страшное волнение исказило его черты, — того, чей образ витал в моей душе. Между нами была смерть, со всеми ее ужасами; я не могла до него добраться, не могла позвать на помощь, так как комната, в которой мы находилась, была заперта снаружи. Мы не боялись за себя, но положение обоих мужчин было ужасно. Я не могла отвести от них глаз в смертельном ужасе. Вдруг смелый и благородный человек решился на что-то и прокричал своему непримеримому врагу: — Мужайся, Изидор, быть может, мне удастся до тебя добраться и втащить тебя на балку. Ты не умрешь такой ужасной смертью, если я буду в состоянии этому помешать. Держись, я иду к тебе. Он выпрямился на узенькой доске и стал искать, каким бы способом спасти своего противника. Смелым прыжком очутился он на колеблющейся балке и крепко уцепился за нее. Затем осторожно и медленно он стал пробираться к месту, где другой висел в смертельной опасности. У меня захватило дыхание; мне казалось, что я сойду с ума, но я не могла отвести глаз от этого трагического зрелища. Настал страшный момент, когда смелый спаситель спустился сверху вниз, чтобы поддержать брата и дать ему возможность и другой рукой обхватить балку. Это удалось, и можно было надеяться, что благородный поступок был совершен недаром, когда тот, кто был уже почти спасен, взглянул вверх и дико вскрикнул: — Луи — ты победил! Затем он выпустил из рук балку и на наших глазах полетел в бездну. Я не потеряла сознания, мама! Сверхъестественная сила поддерживала меня. Глаза маркиза выражали ужас, когда я на него взглянула. Тут и его взгляд упал на меня в первый раз, и выражение восторга осветило его черты. Наша любовь возникла над бездной смерти и отчаяния. Мы знали, что мы отныне