— А это?

— Операторский журавль. Рычаг, на одном конец противовес, на другом — оператор с кинокамерой.

— Зачем?

— Например, снять падение аэроплана как бы из кабины. Или героя сверху.

— Но так никто не снимает!

— Именно, мы будем первыми!

Вот так я и стал акционером кинофабрики “Русь”, а Юра Желябужский ее первым сотрудником. Для начала решили построить павильон в Петровском парке, а там как дело пойдет. Не то, чтобы Рябушинские мне безоговорочно поверили, но расходы невелики, с АМО даже не сравнить, а я имел репутацию провидца, вот и рискнули. Если все пойдет как надо — получим готовую революционную киностудию, Красный Голливуд, хе-хе.

* * *

Вот вроде последние годы Митя за границей учился, когда вернулся — жил отдельно, на моей квартирке в Марьиной Роще, так что изменений дома никаких, а вот поди же ты… Тянет сердце и тянет, нехорошая тоска и письма его не очень-то и радуют.

Когда он уехал, я прямо места себе не находил, по всему складывалось, что он попадет в заваруху вокруг Варшавы, все резервы туда гнали, но у него наоборот, случилась пауза. Из гарнизона Бреста кинули бригаду затыкать прорыв, а Митину как раз на освободившееся место. И почти месяц они занимались дообучением, слаживанием и другими полезными вещами.

Кстати, подтвердилось и то, что в первую волну призвали неоправданно много унтеров, в Митиной роте оказалось три фельдфебеля вместо одного, причем двое с Георгиевскими крестами за русско-японскую. А в отделениях один-два унтера сверх штата. И с офицерами точно так же — в первоочередных полках все кадровые, а дальше сплошь “партизаны”. Сколько там довоенного офицерства полегло в моей истории? Процентов восемьдесят вроде. Так и здесь будет, и все из-за хреновой организации. Удивительно, как российская власть умеет мастерски ходить по граблям.

Потом Митину бригаду начали гонять туда-сюда, передавая из одного корпуса в другой, затем обратно, что тоже нехороший признак. Последнее письмо он написал об отправке на фронт, ну там построение, приказ, молебен “на брань” и все, замолчал. Газеты несли шапкозакидательскую херню, а мне оставалось ждать и надеятся.

* * *

В мае, когда фронт отогнал германца от Вислы и готовился к дальнейшему наступлению, немцы предприняли попытку окружить одну из армий под Лодзью. Сами чуть не попали в мешок, отошли, но планы наших генералов расстроили полностью, в первую очередь из-за громадных по здешним меркам потерь. За первые месяцы войны из строя выбыло свыше полумиллиона человек, и это при ситуации вполне в пользу России — немцы увязли на западе.