Одним словом, и по корабельной энергетике последствия прогрессорства гостей из будущего были, что говорится, налицо. Но в бочке меда была ложка дегтя. В ходе тяжелых и нудных переговоров, которые агенты Нобелей вели в Лондоне с Уолтером Ноксом Д’Арси прогресса достичь не удалось. Предложение российской компании «Бранобель» выкупить у Д’Арси 51 % акций в его концессии по нефтеразведке на юге Персии, похоже, так и останется лишь предложением.

И личное желание или нежелание господина Д’Арси тут было сугубо вторичным: камнем преткновения стало резко отрицательное отношение к подобной сделке с русскими со стороны британского Адмиралтейства и в первую очередь первого морского лорда адмирала Джона Фишера, вице-короля Индии лорда Керзона и, что естественно при таком раскладе, премьер-министра Бальфура…

* * *

После вечерни в день поминовения Григория Богослова Ольге неожиданно передали длинный и узкий конверт с «двухспальным лёвою» на сургуче, доставленный из британского посольства. В нем содержалось безупречно учтивое послание сэра Гардинга, приглашавшего ее и Вадима на прием и ужин 14 февраля, который устраивался в резиденции английского посла по поводу его возвращения в Петербург. Дела со здоровьем супруги сэра Чарльза пошли на поправку, и он вновь приступал к своим многотрудным обязанностям в русской столице.

Вадим инстинктивно почувствовал: что-то тут нечисто. И в этом смысле назавтра его полностью поддержали Зубатов и Дурново. Николай предложил сразу ответить вежливым отказом, сославшись на любую из тысячи возможных причин, но оба бывалых полицейских, и бывший и нынешний, пятым чувством почуявшие подготавливаемую для Вадика ловушку, попросили с этим пока повременить. Если что-то кем-то где-то задумано, то пусть пока все идет якобы по их планам. Оставалось только пристально наблюдать за потенциальными организаторами этого самого «что-то»…

Как любил поговаривать Луцкий, «хороший стук наружу выйдет». И хотя он, конечно, говорил так применительно к моторам, Вадику почему-то именно эта фраза пришла на память при виде того, как Зубатов и Дурново уговаривают Николая потянуть с ответом Гардингу от Ольги. «Похоже, что эта парочка прекрасно сработалась. Дай-то бог, чтобы и впредь так было, в конце концов, опыт советской эпохи, на который скептически намекал в своей телеграмме Василий, был несколько… специфическим, что ли…»

Капкан лязгнул утром 12 февраля. Прочтя донесения от агентов Дурново, Николай решился. А поскольку на такой вариант развития событий все определенные Зубатовым действующие лица и исполнители были предварительно проинструктированы, дальше все произошло быстро, решительно и, к счастью, без неожиданных накладок.