Удар! Еще удар!
Щиты сдерживали атаки горящих щупалец, но теперь их было слишком много, и каждый новый удар увеличивал наши шансы остаться на этой болотистой планете.
— Аааааа! — одна из ложноножек все же пробила защиту и накрыла собой фигуру в синем скафандре. Черт, мы старались концентрироваться на возможных атаках спереди, а эти твари подползли еще и сзади.
Ликон Тул, брат Арона, дергался в конвульсиях и пытался отползти в сторону. Автоматика накрыла его противопожарным облаком углекислоты, сбив пламя, но повреждения внутренних органов, видимо, были слишком серьезными. Покалеченный аристократ дернулся в последний раз и затих, а сразу две ложноножки обрушились на Шилейлу Катаб. Точно, и как я про нее забыл? Это ведь она была главной наследницей лорда Пирса, а вовсе не напавший на меня бедняга Нейтан. А вообще, я удивлен, если честно, что Ами не закрыла ее вместе с проштрафившимся отцом. С другой стороны, дети не должны отвечать за своих родителей, а сама Шилейла «в контрреволюции» замечена не была.
Не успев даже вскрикнуть, девушка полетела по грязной почве как сломанная игрушка, а в следующий миг удар сразу пяти горящих ложноножек приняли на себя обновленные щиты.
— Ами! — я громко позвал принцессу в общем канале.
— Что?
— Он впитывает энергию ваших орудий, — я строил свою идею на недавнем рассказе Асси о том, что у каждого энергия немного отличается от остальных. — Так вот это ведь энергия кораблей империи, а синистрийские же выдадут немного другой ее спектр?
— Энергия у всех одинаковая, — Арон Тул попытался поставить меня на место, но принцесса даже не стала его слушать.
— Аессик! — она тут же рявкнула, обращаясь к оставленной у меня на корабле за главную «Пылающей длани». И ведь даже имя запомнила, как оказалось. — Срочно огонь из всех орудий по моим координатам!
— Есть, — через мгновение я услышал голос Асси.
А еще через пару секунд на полыхающий завод и размножившегося прозрачного монстра обрушился столб закручивающегося вокруг оси пламени — вот, значит, как выглядит атака из всех орудий, когда ты стоишь почти в ее эпицентре, а не в отдалении. Выглядело это пугающе и завораживающе одновременно: дождь был настолько сильным, что даже высокотемпературный удар не мог его до конца испарить, и на фоне огненной колонны сверкали блестящие косые линии. А в пламенном чреве, бурлившем у самой земли, на наших глазах сгорал, превращаясь в бесформенную массу, казавшийся еще совсем недавно неубиваемым монстр. Точнее, уже с десяток монстров, похожих друг на друга как… капли холодца.