Я хотела еще добавить что-то вроде: «Не позорьте гордое звание советского учителя!», но решила, что будет как-то уж совсем чересчур пафосно.

— А этот… Костя? — продолжала допытываться ничего не понимающая Вилена Марковна, глядя на меня выпученными рыбьими глазами.

— Да все в порядке с Вашим Костей, до свадьбы заживет, — я устало потянулась за столом и решила наконец раскрыть правду. А то, чего доброго, мучающаяся угрызениями совести «химичка» и взаправду пойдет в отделение милиции писать бумагу о том, как оторвала ухо восьмикласснику. Даже жаль ее стало. Представляю, какие были бы лица у сотрудников местного РУВД. Скорее всего, прямиком позвонили бы в больницу имени Скворцова-Степанова на Удельную. — У него уши с детства отморожены. Слышит хорошо, но раковины пришлось удалить. Волосы длинные он носит, чтобы незаметно было. Ему отец в подарок протезы ушные привез. Они заграничные, на суровые старорежимные методы воспитания не рассчитаны. Вот и оторвалось ушко у парня ненароком. Поэтому Вы впредь учеников за уши лучше не хватайте. И за остальные части тела тоже. А то клея на всех не напасешься… — я изо всех сил старалась перевести произошедшее в шутку.

— А… оно… как это? — облегченно залепетала химичка. — Мне… это… куда?

— Домой, — повторила я, закрывая папку с документами и вставая из-за стола. — Домой, Вилена Марковна. Ужинать и отдыхать. Посмотрите телевизор, почитайте книжку… Да не переживайте Вы так, все нормально. Но если я еще узнаю про Ваше рукоприкладство — спуску не дам.

Обрадованная «химичка» закивала, не веря своим ушам, пробормотала: «Конечно, конечно!», пулей вылетела из кабинета и понеслась по коридору домой, обрадованная, что все благополучно разрешилось. Я услышала только цоканье ее высоких каблуков.

Несмотря на то, что я строго-настрого запретила ученикам восьмого «Б» выносить сор из избы, история с ушами моментально разнеслась по всей школе. И неудивительно: ребятня способна при желании разузнать все, что угодно. Тихий, неприметный и совершенно никому не известный Костик Заболотный, проводящий все перемены в обнимку с книжкой на подоконнике в школьном коридоре, в одночасье стал героем, школьной легендой.

Поначалу я хотела было поругать восьмиклассников за излишнюю болтливость, но позже, поразмыслив, решила, что нет худа без добра. Благодаря конфузу с ухом хулиганские выходки в школе практически прекратились. Мальчишкам было больше не интересно лупить друг друга портфелями и плеваться через пустые ручки жеваной бумагой. Даже наклейки «Ищу жену» на спинах учеников встречались все реже. Матримониальные планы, кажется, на время были позабыты.