Конечно, с высоты нашего общества Советский Союз в 1930−1940-х годах может показаться бесчеловечным… Нет, я могу, конечно, в лучших традициях интернет споров, привести удручающие параллели с современностью, за которые меня могут оштрафовать, или даже посадить. Но ведь не расстреляют. Все же, нам пока еще есть, что терять. Наверное, самое важное, это не потерять тенденцию на улучшение общества.

Простите мне это лирическое отступление, просто сейчас, в мире постправды, надо проговаривать очевидно правильные вещи. И не один раз.

Возвращаясь к Курской битве. В упрощенном, массовом понимании именно эта битва станет «переломной» в ходе Великой Отечественной Войны. После неё немцы навсегда утратят инициативу, не смогут наступать — и так далее, и тому подобное.

Это правда лишь отчасти. Во первых, немцы под Курском были в шаге от победы. На южном фасе немцы вклинились в нашу оборону на сорок километров. До Курска оставалась меньше. Нивелировать угрозу прорыва пришлось вбросом танковой армии предназначенной для контрнаступления.

А если бы немцам повезло чуть больше, они бы могли прогрызть последний рубеж обороны, и стремительным броском своих механизированных соединений захватить Курск. И все, почти миллион людей оказался бы в окружении, и исчерпал возможности к сопротивлению в течении считанных дней, максимум пары недель. Не удивительно, что Сталин торопил Жукова с контрнаступлением — обстановка была, прямо скажем, угрожающей.

А Жуков хладнокровно придерживался плана, боясь спугнуть врага. Ожидая последних резервов Моделя, желая сжечь столько танков, сколько только возможно. И весь генштаб был солидарен с Жуковым, продавливая его решения буквально с риском для жизни.

Из воли этих людей нужно трос для трансатмосферного лифта делать. Не будет надежней материала.

Но даже после весьма успешной оборонительной операцией под Курском, победа была далеко не очевидна. РККА 1943-го еще не была той армией, что возьмет Берлин за 2 недели. Мы плохо наступали и тяжело брали узлы обороны. Немцам удавалось ускользнуть, часто удавалось удерживать важные логистические точки, и даже наносить нам локальные поражения. Так же, как и контрудар мехкорпуса под Тарановкой, наши наступательные действия были далеки от совершенства. Искусство войны многогранно, и каждая его грань глубока настолько, что изучению её можно посвятить всю жизнь. И все равно не хватит времени, чтобы охватить все. Наша армия еще только училась наступать.

Однако на стороне немцев было преимущество. Пока всегда, где создавался устойчивый фронт, немцы несомненно выигрывали, иногда с разгромным счетом. Под Ржевом, под Сталинградом — тысячи примеров. Немцы умело пользовались преимуществом своей артиллерии. Это преимущество было не столько в стволах, сколько в калибре и снабжении. Под Ржевом немцам удавалась выбрасывать на головы наших солдат больше тысячи тонн (!) снарядов в день. При формальном равенстве артиллерийских стволов, наши войска отвечали им редко когда более чем двумя сотнями тонн в день. Просто нереально было наладить такой же плотный трафик на гужевом транспорте.