Солдаты Великой Отечественной Войны не были безликими и забитыми статистами. Они были яркими, многогранными, сильными личностями. Но приходя на Священную Войну, они оставляли все, что у них было, за своей спиной, и старались не оглядываться. Потому что сожаление и страх мешали в их жестокой работе.

Только самые яркие, светлые чувства любви к родителям, детям и любимым тянулись тонкими светлыми нитями к солдатским сердцам, оставляя надежду что потом, в светлом «после войны», схватившись за эти нити привязанностей, можно будет вытянуть себя из черной тьмы обратно к свету. Обрести себя заново. И снова жить счастливо. Под мирным небом и с безоблачным будущим.

И миллионы советских людей отдали все, даже свою жизнь, за это будущее. Если не для себя, так для своих детей. Ведь они точно знали — будущее обязательно будет прекрасным, надо только выдержать Войну.

Именно это дало советским солдатам силы выстоять в самые трудные годы войны.

У каждого из этих миллионов людей была жизнь, которую хочется прожить. Но они оставили её, уйдя на войну. Поэтому так безлики их гранитные лица на памятниках. Поэтому так одинаковы долгие строки имен на братских могилах. Они шагали в огонь Священной Войны и он оплавлял их, превращая их из самых разных людей, в одинаковых солдат Родины, единых в своем желании победить.

Они сражались и умирали, завещая свои несбывшиеся мечты и счастье нам.

* * *

Там, в далеком 1943 году, перед лицом надвигающейся смерти, Иван Вернигоренко выпрямился во весь рост, укрепился на скользком склоне и не кланяясь пулям, занес над головой искореженный тяжелый кусок металла. И, под свист немецких пуль вокруг, ударил по стволу немецкого пулемета. И снова. И снова. И упал Иван только когда дуло поддалось, и согнулось. Он не видел как в башне откинулся люк, и оттуда высунулся командир немецкой самоходки с автоматом — убить наглого русского. Немца тут же упокоили метким выстрелом в голову — товарищи прикрывали Ивана как могли. Как только танковый пулемет захлебнулся и замолчал, гвардейцы контратаковали.

На огромных, необозримых и с самолета, полях сражений Второй Мировой, где даже залпы орудий измеряются в тоннах, а человеческая жизнь меньше чем самая малая боевая единица, сталкиваются огромные массы людей и боевых машин. И место для имен остается только на могилах. И невозможно представить, что горстка храбрецов может изменить течение такой титанической битвы.

Но именно так, горсткой людей с несгибаемой волей к победе, и менялся ход истории.

В 16:00, в штабе Манштейна приняли доклад 6-й танковой дивизии. Штатно и спокойно записали отчет, распечатали на машинке, доложили штабным офицерам. Возможно, даже сам Манштейн склонился над картой, и нашел населенный пункт, фигурирующий в докладе. Его пересекали шоссе и железная дорога Лозовая — Харьков. В центре этого села находился железнодорожный переезд, через него шла грунтовая дорога из Краснограда на Харьков. За южной окраиной села был еще один железнодорожный переезд. На него выходило шоссе Лозовая — Харьков. Достаточно большой, по меркам этой местности, узел дорог. Взять его было важным шагом к успеху всей операции.