Ладно, хер с ним, надо накатить…
Толкаю под локоть Вилка, он понятливо льет в стакан виски. Неплохой подгон от Игрехи, опять же. Для толпы — пойло, для избранных — нормальная выпивка. Чувствуется опыт.
Лескус по этому поводу уже напрягся, не нравится ему чужак, слишком борзый и независимый. И теперь, сто пудов, Лекс думает, что Игореха захочет занять его место некоронованного короля универа.
Мне ржачно наблюдать за этими детскими обидками и прикидками.
Ну а чем еще заниматься?
Не учебой же.
Выпиваю, смотрю на титьки Маринки, активно ерзающей на коленях Лекса. Красиво. Но наощупь — говно.
Маринка эта — блядь та еще, с каждым из нас попрыгала в свое время. Никого не обделила. Даже к Немому подкатывала, но тот по обыкновению не заметил шебуршания возле себя.
Я не отказался. Вилок, насколько я в курсе, тоже.
Но больше одного раза ее трахать никто не захотел, и это показатель.
Лекс обычно не велся, хотя не без греха, но хватало ума не гадить там, где жрешь. Маринка эта — подружка его Альки, могла запросто трепануть из зависти.
А Алька — не из тех, кто будет такое сносить. Принцесса, блять.
И потому непонятно, какого хера сейчас Лекс делает.
Но это его жизнь, его ошибки.
Я лучше о своих подумаю…
Прикрываю глаза, ощущая, как виски мягко катится по пищеводу, расслабляя и принося мнимое похуистическое спокойствие.
Ну, в конце концов, чего такого случилось?
Ну, послала меня одна мелкая шмякодявка… И чего теперь? Ей же хуже. Не поимеет роскошный опыт с богом секса. Нога не сломана, хотя синяк там конкретный. Но сейчас уже даже не болит… Вот и все.
Конечно, я ей отомщу. Пока не знаю, как, но придумаю. Она у нас первокурсница, сейчас начало года, так что времени много…
— Слышь, как нога? — тянет рядом Вилок, с трудом фокусируя взгляд на мне.
Вот какого хера проснулся, тупой увалень?
— Нормально, — отвечаю я, с досадой откидывая от себя лапку девки, заебала.
— Ну окей… А то орал там так, словно она ее тебе сломала…
— Кто? Эта радужная овца? — ощущаю, как завожусь, через мягкое, успокаивающее действие виски пробуривается тяжелая ярость, — да я просто не хотел ее прямо там бить! Девка же, тупая. Бессмысленная.
— А так по тебе и не сказать было… — щерится Вилок, — на видосе ты прям бесился…
— Из-за кого? — Блять, видосы эти гребанные… Ярость все сильнее, сажусь ровнее, рычу девке, — руки убери!
— Да ладно… — тянет издевательски Вилок, — че теперь… Уработала она тебя, вчистую…
— Не пизди! — я все-таки срываюсь. Вилок, он, конечно, увалень и тупица, но, когда надо, умеет ткнуть в самое больное. Проверено уже не раз. Не так он прост, скотина. — Она вообще дура тупая! Я ее пощадил, понятно? Потому что с девкой драться — западло! Девку надо трахать, на колени ставить. Там ее место.