Краем глаза замечаю, как в нашу сторону через весь зал катится колобок колоритной наружности, с букетом и ведерком для шампанского в руках. За ним еле поспевает официант с блюдом, на котором лежит гора всевозможных фруктов. Ага… это так надо понимать местное руководство спешит засвидетельствовать нам свое почтение.

— Виктор, позволь представить тебе владельца этого замечательного заведения Аорона Исаковича! — представляет мне колобка Годунов

Пришлось на время оторваться от еды, чтобы выслушать цветистую речь в свою честь и принять подношения. Цветы, слава богу, Людмиле достались, их тут же поставили в принесенную вазу. Ну, а мы отдарились парой билетов, предусмотрительно прихваченных с собой Григорием Давыдовичем.

— Виктор, у меня к вам есть деловое предложение — переходит к делу колобок

Вот так и знал, что неспроста этот подкат! Но выражением лица обозначил интерес.

— Вы не могли бы для нашей Любоньки написать пару песен?

— Да, легко! — радостно улыбаюсь я и прошу Клаймича — Григорий Давыдович, дайте пожалуйста, уважаемому Аарону Исаковичу визитку Майкла Гора. Это наш американский продюсер из Атлантик Рекордс — поясняю я ушлому колобку — он сообщит вам расценки агентства, и с ним же договоритесь о сроках оплаты.

— А может, как-нибудь без американцев договоримся… по-родственному? — скуксился колобок — Не чужие ведь люди? Никто и не узнает, мы по-тихому.

Вот же, поц, а⁈ Тоже мне родственничек нашелся! Я такую хуцпу на духа не переношу!

— Без продюсера никак не получится — делаю я печальное лицо — он мне потом неустойку выкатит и без штанов оставит.

— Азохен вей… — тяжело вздохнул колобок и скорбно покачал головой, рассматривая визитку Гора — ну, откуда у бедного еврея такие огромные деньги?

Тут уж я не выдержал и заржал в полный голос

— Да, чтоб я так жил, как вы прибедняетесь, Аарон Исакович! Ресторан забит под завязку, а вы мне сиротку Хасю из себя изображаете! Короче, решайте вопрос с продюсером. Я еще неделю буду в Нью-Йорке, надумаете — звоните.

Колобок еще печально покачал головой и ушел, сжимая в руках визитку. Клаймич с улыбкой перевел на меня взгляд

— Виктор, признайся честно: у тебя в роду есть евреи?

— Вроде бы нет! — смеюсь я возвращаясь к прерванному ужину.

В принципе, фигня вопрос — «написать» для Успенской пару-тройку песен в стиле шансон, ту же «Пропадаю я» или «Что ж ты, фраер сдал назад?» Я бы и десяток в легкую наваял, но оно мне надо, так светится? Веверс с Романовым меня потом с дерьмом сожрут за такую самодеятельность. Так что пусть Любаня продолжает петь репертуар Сенчиной, так он безопаснее будет…