— В чем?

— Выбраться в Москву. Я в ближайшее время буду плотно работать с телевидением. Могу пристроить тебя туда. Не смотри так, — Анатолий позволил себе улыбнуться. — Не ведущей или дикторшей сразу. Это не сказка. Но там много разной работы. Например, монтажером или костюмером. Сможешь учиться заочно, дадут место в общежитии. А там как уж сложиться. Ты девочка умная и красивая, дорогу себе пробьешь.

Глаза у Светланы сузились.

— Вот ты какого мнения обо мне!

Девушка решительно оттолкнула бывшего ухажера и ушла. Анатолий недоуменно глянул ей вслед, чертыхнулся и пошел обратно. Но вскоре был остановлен внушительным бюстом поварихи, вставшем поперек коридора.

— Каков негодник! Испортил девку и все туда же по малину лазать.

— Мария Федоровна, все совсем не так!

— Знаю я вас!

«Ну прямо сцена из плохого романа!»

— Я ей работу предложил в Москве. На телевидении. Ну вот опять. Не ведущей и не дикторшей. На ТВ много всяческих специальностей. Освоится, выучится, найдет себе хорошего парня. Лучше москвича.

Мария Федоровна соображала быстрее:

— А сможешь?

— Если бы не так, не предлагал.

Повариха смерила мужчину оценивающим взглядом:

— Такой ухарь могёт. Я с ней поговорю. Ты дело предлагаешь. Чего ерепениться?

— Потом мне скажете.

— Запиши лучше телефон.

Анатолий похлопал по карманам. У него всегда с собой была записная книжка. Авторучка к его вящему удивлению после всех перипетий осталась целой.

— Готово.

— Брюки смени! Ты, где их так изгваздал? Отдашь девчонкам на этаже, постирают и выгладят.

Только сейчас Мерзликин понял, что уже и забыл о недавнем покушении. Как будто и в самом деле собирался жить вечно.

Через час его пригласили к следователю. В служебном кабинете Мерзликина встретил человек в синем форменном костюме. На груди светло-синий значок высшего образования с раскрытой книгой внизу. Тут же из каких-то глубин памяти вспомнилось, что такие давали за окончание юридических ВУЗов. Мужчина протянул руку:

— Пранов Дмитрий Николаевич. Следователь по особым важным делам Прокуратуры СССР.

Мерзликин пожал руку и постарался удержать рвущееся наружу удивление. Ничего себе заявочки! Это даже не контрразведка или обычный следак из милиции. Значит, происшествия на контроле у Самого. Стало грустно. Что же эта за государственная машина такая, что за ней постоянно контроль нужон? По идее, если её смазывают и следят за исправным состоянием, то должна работать автономно. Что-то это напоминает из будущего. Там Вождь тоже обожал «ручной режим», хотя у него имелся огромный бюрократический механизм, пожиравший все ресурсы.