В целом лето 1987 года проходило неплохо. Саша с Ромкой вернулись в Москву, затем и отец. Я их в Валентиновку отправил. Жена поворчала, но быстро нашла себе дело в виде консервирования ягод и фруктов. Умница у меня супруга. Понимает, что я не могу собой распоряжаться в полной мере. Тут такие дела разворачиваются, что только глаз да глаз нужен. Других проблем пока не предвиделось. Национальные вопросы если и были, то себя не демонстрировали.
И тут вдруг — бах! Чернобыль!
Как так? Мы же приличный такой донос накатали от КГБ. Их там должны были проверками замучить. Как такое могло случиться?
— Ты же сам намекал, что конструктивные ошибки реактора, — напомнил мне дядя Вова.
Машерову я от «лица товарищей» рекомендовал сразу и на весь мир заявить об аварии, не скрывая того, что мы не знаем причин и предостерегаем все страны, имеющие атомные электростанции.
— Как же так? — тоже недоумевал Илья.
— Я тебе ещё раньше говорил, что история очень инертна. А ты мне не верил.
— И что, развал СССР неизбежен?
— Не знаю. Мы многое сделали, чтобы этого избежать. Пока на повестке дня Чернобыль.
Глава 17
О чернобыльской аварии из прошлой жизни я мало чего помнил. Самая распространённая версия случившегося — совпадение ряда факторов. Не только нарушение правил эксплуатации АЭС и неудачный эксперимент, но и изначальная ошибка в конструкции данного типа сооружений. В сентябре 1982 года во время запуска первого энергоблока разрушился один из технологических каналов реактора. Потом-то всё восстановили, и деформированная графитовая кладка активной зоны проблем не доставила.
КГБ в лице Владимира Петровича подал документ о якобы готовящемся теракте и рекомендовал усилить нормы соблюдения безопасности. Специальная комиссия отметила, что обслуживающий персонал не до конца осознаёт важность соблюдения инструкций. Кого-то сняли с должности, кого-то просто пожурили.
Отслеживать события в Чернобыле по ряду обстоятельств я не мог. Не входило это в мою компетенцию, да и объяснить подобный интерес не получилось бы. Поскольку весной 1986 года в Чернобыле ничего не случилось, я практически успокоился. Как оказалось, объективные причины аварии не исчезли.
Машеров если и колебался касательно того, чтобы на весь мир заявить о возникшей проблеме, но я подсунул ему прогноз-аналитику того, что произойдёт, задержись он с сообщением. Случившееся уже не скрыть, а авторитет страны сейчас важен как никогда.
ТАСС и другие средства массовой информации довели информацию об аварии на АЭС через три часа после того, как узнали «наверху». И тут же огласили рекомендации жителям близлежащей зоны и Киева. Насколько сильная авария и повторится ли прежний сценарий, я не знал. Что-то сможет разъяснить поднятый по тревоге 21-й полк химической защиты. Пока же на месте аварии разбирались местные службы защиты. Но самое важное, что я увидел в донесениях, — пожара не было!