Когда послышались шаги впереди, Ляся кивнула мне и вышла вперёд. Менталистка принялась за работы. Она кралась, словно танцевала. Грация и плавность движений завораживала, она порхала от двери к двери и неумолимо приближаясь к месту, где Т-образно пересекались коридоры.

Замерла, прижавшись к стене, поджидая жертву, как беспощадная хищница. И когда из-за угла показался мужчина в форме, она мягко произнесла «Стой!» и коснулась его лба двумя пальцами. Он выключился, замерев как кукла. Застыл, будто робот с севшей батареей.

Свободной рукой она перехватила оружие и убрала за пояс брюк, под куртку. Затем отцепила дубинку и отбросила в нашу сторону.

— Засыпай! — приказала она, и мужчина начал опадать.

Я успел подбежать раньше, чем громила свалился на хрупкую барышню.

— Красиво! — похвалил Шен. — Надолго он?

— Полчаса минимум, — ответила Ляся, отряхивая руки. — Скорее даже, не меньше часа. Голова — два уха, мозг не обнаружен. Такие проще всего поддаются командам.

— Оттащим? — предложил я и подхватил увальня под руки.

Шен кивнул и взялся за ноги. Мы вынесли его за дверь, связали полипропиленовым шнурком, предусмотрительно прихваченным в комнате у завхоза мисс Валеаски, когда та отвернулась в поисках зубной пасты, которая якобы закончилась у Шена накануне.

Когда вернулись, девушки ждали нас у двери и обсуждали прочность замков.

— Как думаете, что там прячут? — спросила Ляся.

Агата вместо ответа вдруг дёрнулась и на выдохе ахнула. Повела носом, пытаясь распознать запах, и прищурилась. Затем вцепилась Лясе в предплечье и заглянула в глаза, будто та могла прочитать её мысли.

— Он тут! — с губ Агаты сорвался не то стон, не то крик. — Тут!

И девушка бросилась вперёд. Сказать, что мы были шокированы беспечностью и неоправданным рвением, ничего не сказать. Конечно, пришлось следовать за ней и быть наготове. Если мы наткнёмся на ещё одного охранника с оружием, действовать нужно будет быстро и жёстко.

Шен пытался угомонить девушку, но та кидалась от одной двери к другой, дёргая за ручки и прислушиваясь. И если бы это продлилось на несколько секунд дольше, то я бы попросил Лясю вмешаться и приказать Агате остыть.

Однако она сама замерла у двери сразу за поворотом. Когда мы нагнали её, она уже не двигалась. Стояла с закрытыми глазами, по щекам текли слёзы, руки были прижаты к груди, пальцы сцеплены между собой в почти молитвенном жесте.

— Он тут… — сказала она, глядя Шену в глаза. — Не могу поверить…

— Кто? — уточнил он, подойдя ближе к Агате и пытаясь обнять девушку, чтобы поддержать и успокоить.